Китти подумала и решила, что этот человек — единственный, кому она может довериться.

— Я… да, я готова рассказать вам, падре, если у вас есть время выслушать меня. Я не вашей веры, но мне больше не на что надеяться. Бог — моя последняя надежда.

— Нет, дитя мое, Бог — твоя первая надежда. — Он сел рядом. — Расскажи мне, что тебя заботит: Возможно, все не так плохо.

— Нет, падре, все ужасно, — всхлипнула Китти. — Невиновный человек вскоре должен умереть, и никто ему не может помочь.

— И ты обратилась к Богу, — понимающе кивнул Энрико. — Это только начало. Так кто и почему должен умереть?

Чувствуя, что может доверять божьему человеку, Китти начала свою горестную историю. Чем дальше она углублялась в рассказ, тем больше округлялись глаза доброго падре. Когда она закончила говорить, у нее пересохло в горле.

— Значит, ты пропавшая дочь сеньора Лаури? Хорошо, что он тебя нашел. Ты уверена в невиновности Райана Делейни, сеньорита Китти? — спросил Энрико, когда Китти замолчала.

— Уверена в этом так же, как в том, что люблю его всем сердцем, — честно ответила Китти. — Я рассказала вам, почему Райан оказался с преступниками. Он пытался выполнить просьбу умирающего человека, и смотрите, как Бог «вознаградил» его, — горько сказала Китти. — Что мне делать, падре? Братья Райана очень переживают за него, и я тоже.

— Где его братья сейчас?

— Они отправились искать судью Макфи. Но даже если они его найдут, я сомневаюсь, что им удастся убедить его назначить новый суд.

— Я прибыл на эту территорию, где царит беззаконие, в надежде на то, что мое присутствие что-то изменит, — задумчиво произнес падре Энрико. — Но, несмотря на все мои усилия, проповедовать реформу справедливости по-прежнему мало. Преступники продолжают грабить и убивать, а присяжные осуждают невиновных. — Он тяжело вздохнул. — Мне бы хотелось помочь тебе.

Внезапно Китти осенило вдохновение, которое, как она поняла, могло прийти только свыше. Это было опасно, и потребуется содействие доброго падре, но это могло сработать.

Она набралась духу и спросила:

— Вы поможете мне, падре?

Падре удивленно взглянул на нее.

— Помочь тебе? А что я могу сделать, дитя? Ведь я человек божий.

— Вам разрешается посещать заключенных в тюрьме?

— Да. Особенно тех, кто моей веры. Но религиозные разговоры мало что значат, если надо помочь человеку обрести покой в его последние часы. О чем ты хочешь меня попросить?

— Только о вашем содействии.

Он внимательно посмотрел на нее.

— У меня сложилось впечатление, что тебе нужно от меня больше, чем просто утешение для приговоренного человека.

— Вы можете мне не поверить, падре, но я только что слышала, как Бог говорил со мной. Он указал мне путь спасения Райана от виселицы, пока его братья будут пытаться очистить его имя законным путем. Времени остается мало. Я боюсь, им не удастся добиться этого до того, как Райана поведут на казнь.

— Пути Господни неисповедимы, — заметил падре Энрико. — Что же сказал тебе Бог?

— Он предложил мне простой план, но я не смогу осуществить его без вашей помощи.

— Но я не могу нарушать закон.

— Какой закон?! — воскликнула Китти. — Райана осудили и признали виновным еще до того, как начался суд! Я не прошу вас нарушать закон, мне нужно лишь ваше содействие. Остальное я сделаю сама.

Китти внимательно посмотрела на падре Энрико, обрадованная веселым блеском его добрых карих глаз.