|
. Он слегка подмигнул ей, но она была так озабочена, что не задумалась о смысле этого жеста. На берегу они встретили графа де Пейрака, которому докладывали о прибытии кораблей королевского флота, следующих из Квебека, на борту которых, по слухам, находился губернатор де Фронтенак. Виль д'Аврэ был прав. Он наслаждался удивлением, которое вызвало его появление, и более того - доказательствами того, что он знал обо всех новостях задолго до других. Тогда как вдалеке показались белые паруса и позолоченные мачты линейных кораблей, Жоффрей задал маркизу тот же вопрос, что и Анжелика. - Кому может придти в голову вредить господину де Фронтенаку? - К сожалению, я не знаю их имен! Я нахожусь немного в стороне от слухов, не желая быть на виду... Свой человек в министерстве Морских перевозок сообщил мне о прошении, который Николя Пари, предыдущий владелец восточного берега, по возвращении из Америки подал королю, когда сообщал ему о ходе дел в Новом Свете; он таким образом надеялся выхлопотать себе вознаграждение или пенсию. Но сейчас он мертв, что, естественно, делает его попытки бесполезными и бессмысленными. Все это может повернуться против вас, господин де Пейрак. Защищайтесь, если зять Пари начнет проявлять свои притязания из-за этого прошения. С берега, полностью занятого толпой, они наблюдали приближение кораблей. Рейд Тидмагуша, привыкший к более скромным эскадрам, еще не видел столь большого количества блестящих гостей. Виль д'Аврэ концом трости указал Анжелике на корабль, самый маленький, но украшенный скульптурами и позолоченный, который поднял якорь и грациозно маневрировал, пока остальные громоздкие суда занимали места на рейде. - Это мой корабль... Вы помните? Тот, который господин де Пейрак подарил мне, чтобы компенсировать потерю моей бедной "Асмодеи", украденной бандитами. Анжелике показалось, что она различила лицо очень красивой сирены с длинными волосами и соблазнительным бюстом, которая располагалась на носу корабля. Но корабль перемещался, и вскоре Анжелика увидела украшения кормы. Это были резные гирлянды из фруктов и цветов, в середине которых располагалось название - имя морской птицы. - Афродита!.. - К счастью вы обещали господину Сен-Шамону не называть судно языческим именем типа "Асмодея", - сказала Анжелика, смеясь. Затем она рассмеялась еще громче, увидев картину, представляющую Афродиту, рождающуюся из морской пены, и как и подобает - очень красивую, обнаженную, черты которой могли вызвать у посвященных определенные воспоминания. - Вам, однако, удалось воплотить в жизнь один из ваших самых экстравагантных капризов. - У меня возникло много трудностей, но я нашел художника. Не правда ли, похоже? - сказал он, польщенный. - Вас все узнают. Картина господина Патюреля на его "Сердце Марии" по сравнению с этой ничего не стоит. - Не кажется ли вам, что вы путаете жанры и символы? Вспомните, что это судно до того, как попало к вам, принадлежало сообщникам мадам де Модрибур и составляло часть флота, целью которого было изгнать нас и уничтожить. - Прекрасно!.. Это лучшая протекция, чтобы разрушить корабль, нежели поставить его под эгиду богини Красоты и Анжелики, которая, впрочем, и есть эта Богиня! Я всегда вижу вас излучающую свет и наделенную шармом, которым вы обладаете помимо вашей воли, и который делает вас неуязвимой, и каждый раз, когда кто-то думает, что вы его потеряли или по крайней мере потеряли некоторую его часть, вы предстаете еще более соблазнительной и обворожительной. |
