— Правильно, а вас интересует совершенно другое.

Но Берман не собирался так легко сдаваться.

— Тайлер также злостная неплательщица налогов. Она выиграла сто миллионов долларов, после чего бесследно исчезла на десять лет, не заплатив Дяде Сэму ни цента!

— Я полагал, ты сотрудник ФБР, а не бухгалтер, — насмешливо заметил Риггс.

— Ребята, давайте успокоимся, — снова вмешался Мастерс.

Мэтт подался вперед.

— Я полагал, вас гораздо больше интересует тот, кто стоял за Лу-Энн Тайлер, кто стоял за многими людьми. Человек-невидимка, обладающий миллиардами долларов, который разгуливает по всему земному шару, сея повсюду разгром, отчего ваша жизнь превратилась в сплошной кошмар. Итак, что вы хотите — добраться до этого человека или поговорить с Лу-Энн Тайлер о ее налоговых вычетах?

— Что ты предлагаешь?

— Всё как в былые времена, Джордж, — откинулся назад Риггс. — Мы цепляем на крючок крупную рыбину, а всю мелочь отпускаем.

— Мне это не нравится, — проворчал Берман.

Риггс прошелся взглядом по его лицу.

— На основе собственного опыта работы в Бюро могу со всей определенностью сказать, что поимка крупной рыбины означает продвижение по службе и, что гораздо важнее, повышение жалованья; за поимку мелюзги ничего подобного не дают.

— Риггс, не учите меня, как работает ФБР! Я в Бюро не новичок.

— Отлично, Лу, значит, мне можно не терять время на прописные истины. Мы отдаем вам в руки этого человека, а Лу-Энн Тайлер уходит на все четыре стороны. И я имею в виду все заинтересованные стороны: федералов, налоговую и полицию штата.

— Этого мы обещать не можем, Мэтт. Ребята из службы по налогам и сборам гнут свою линию.

— Ну, возможно, она выплатит кое-какие деньги.

— Возможно, она выплатит большие деньги.

— Но ни о каком тюремном сроке не может быть и речи. Если мы не договоримся об этом, дальше полный тупик. Вы должны будете снять обвинение в убийстве.

— А как вам понравится, если мы прямо сейчас арестуем вас и будем держать до тех пор, пока вы не скажете, где Тайлер? — угрожающе подался вперед Берман.

— А как тебе понравится, если ты не раскроешь самое крупное дело в своей карьере? Потому что Лу-Энн Тайлер снова исчезнет, и ты опять окажешься на первой клетке. Да, кстати, а на каком основании ты собираешься меня задержать?

— Сообщничество! — выпалил Берман.

— Сообщничество в чем?

— Содействие беглому преступнику, — подумав мгновение, сказал Берман.

— И какие у тебя доказательства? Какие у тебя есть доказательства того, что мне известно, где Тайлер, и что мы вообще с ней встречались?

— Вы наводили о ней справки. Мы обнаружили у вас дома соответствующие записи.

— О, значит, в ходе своего посещения Шарлотсвилла вы заглянули ко мне домой? Вам следовало заранее меня предупредить. Я бы приготовил на ужин что-нибудь вкусненькое.

— И мы обнаружили много чего интересного! — не сдавался Берман.

— Замечательно. Я могу взглянуть на ордер на обыск, давший вам право проникнуть ко мне в дом без моего разрешения?

Берман начал было что-то говорить, затем захлопнул рот.

На лице у Риггса появилась легкая усмешка.

— Чудесно. Ордера на обыск не было. Все ваши доказательства судом не примутся. И с каких это пор считается преступлением выяснить по телефону информацию, имеющуюся в свободном доступе? Учтите, я получил все эти сведения от федералов.

— От своего куратора по программе защиты свидетелей, а не от нас! — угрожающим тоном поправил Берман.