|
Она подошла к нему, протянула руку, чтобы коснуться его плеча, и тут же ее отдернула. — Ой, нет, лучше не буду, ты не обижайся. Надо будет тебе воды притащить… Знаешь, Халли, когда я выслушала то, что рассказывали Хаконссоны, я не знала, что и думать. Это все звучало так… В общем, мне надо было услышать все это от тебя, выяснить, что же произошло на самом деле. Просто если бы ты действительно убил Олава, как собирался, я бы тогда… — Она пожала плечами, лицо у нее внезапно сделалось спокойным и серьезным. — Но ты этого не делал. Я так и думала, что ты этого не делал. И я рада, что ты этого не делал, вот.
Некоторое время они молча смотрели друг другу в глаза, потом Халли обнаружил, что отвел взгляд и уставился в пол. Он кашлянул. — Мне очень приятно, но на самом деле… — Тсс! — Девочка прижала палец к его губам. Халли нахмурился. — А по-моему, теперь моя очередь… Она яростно замотала головой и вскочила на ноги, указывая ему за спину, на покатую крышу. Тонкие лучи света пробивались сквозь старую солому. Там была дорога, по которой они приехали сюда, ведущая к чертогу Арне. Халли услышал приближающийся цокот копыт, лязг металла, покашливание усталых людей. Он мгновенно вскочил на ноги, забыв обо всех своих синяках и ноющих мышцах. Они с Ауд стояли рядом на темном сеновале, молчаливые и напряженные. Конечно, всадники просто едут мимо. Они возвращаются из леса. Ну конечно… Цокот копыт замедлился, всадники остановились. Потом послышался голос — знакомый голос, басовитый, резкий и снисходительный: — А что там, Ульвар? Халли мысленно представил себе седовласого отца Ауд — доброжелательного, услужливого, едущего так, чтобы не опередить Хорда. — Просто старый сеновал, мы его почти не используем, разве что в особо урожайные годы — которые, дай-то Арне, еще вернутся. Голос Ульвара звучал нервно, напряженно. — Мы там тоже поищем, можно? — сказал Хорд. Прозвучало это скорее как утверждение, чем как вопрос. Халли с Ауд переглянулись. Оба были бледны, как привидения. Переглянулись и уставились на открытый люк и рассеянный свет, льющийся оттуда. — Ну разумеется! Ищите, ищите в самых потайных уголках! Если он там, можете повесить его у меня во дворе, напротив моего окна. А если кто-то из моего Дома его укрывает, его повесят рядом! Да-да, рядом с ним! Своими руками вздерну негодяя! — Да-да, Ульвар, ты очень любезен. Так, Борк, Эйнар, обыскать сеновал! Звякнули удила, скрипнули подпруги, двое людей в тяжелых сапогах спрыгнули наземь. Послышались шаги. Борк и Эйнар шли к двери сарая.
Глава 16
Свейну не нравилось, как выглядит его Дом: всего несколько жалких домишек среди полей. — Надо бы построить что-то поприличнее, — сказал Свейн. Он велел своим людям приволочь из леса сосновых стволов, а с горы — камней, но когда начали строить чертог, дело не заладилось. Стены все время рушились. Жила у Тощего озера одна старуха, про нее говорили, что она ведьма. Большинство людей сторонились ее, но Свейн с ней неплохо ладил. Он отправился к ней, чтобы спросить про стены. — Нетрудно сказать, — ответила старуха. — Нужен кто-то, кто будет сторожить основание дома. — И кто это должен быть? — Молодой, сильный, красивый. Кто-то в этом роде. Свейн вернулся домой и выбрал из числа пленников, взятых во время набегов, одного юношу. Юношу убили и похоронили в основании дома и тогда смогли построить чертог, высокий и надежный.
В течение нескольких мгновений Халли и Ауд не могли двинуться с места. Двое мужчин, отделенные от них всего несколькими футами пространства и не такими уж толстыми досками, вошли в сарай. |
