– Меня слегка помяло, когда ракета попала в президентский вертолет на крыше телефонной компании. Но сейчас я уже в нормальной форме. Как поживает ваша внучка, сэр?

– Отлично. И я тоже отлично. Ладно, теперь давай двигаться.

– Вы хотите…

– Мне уже доводилось ездить в Висконсин. Поверь мне, я знаю дорогу. Могу поспорить, что тебе не терпится.

– Увидеть семью? Да, сэр.

Стил кивнул и наклонился за своим чемоданом, но Рокки Сэдлер опередил его.

– Но я и сам могу…

– Я понесу.

Сэдлер с чемоданом в руках двинулся сквозь толпу к паркингу, и Стил понял, что лучше не спорить.

Что ж, сведения водителей совпадали с тем сообщением, которое он утром перехватил по радио: полицейские патрули на дорогах были спешно усилены. Все проезжавшие подвергались тщательному обыску и допросу, а также проверке документов. Машины обыскивали от колес до крыши.

При малейшем подозрении человека задерживали до выяснения. Как сообщалось, полиция разыскивала членов банды «патриотов», которые преднамеренно убили девятерых людей на ферме к югу от Лейк Сьюпериор.

Официантка принесла Керни горячий сэндвич с ростбифом. И он, и жареная картошка на тарелке выглядели весьма аппетитно. Даже пахли как надо. Возможно, голод притупил чувства.

Керни ел с энтузиазмом. Сытым он почувствовал себя лишь когда пил третью чашку кофе и доедал кусок яблочного пирога. Затем он закурил сигарету и навострил уши, прислушиваясь к разговору, который вели несколько водителей за его спиной.

– …спросил легавого, в чем тут дело.

– А он что?

– Сказал, что если я не заткнусь, он меня задержит по подозрению. Черт побери, Дик, да во что же превращается эта страна?

– А я там думаю, что никакие не «Патриоты» завалили тех девятерых на ферме. Это сраные «освободители», гадом буду. А может, вообще никого не убивали? Может, легавым просто нужен повод, чтоб вволю похозяйничать на дорогах?

– Ну, да, к тому идет. Я читал, что Маковски собирается провести через Конгресс закон, по которому каждый гражданин обязан будет носить при себе удостоверение личности. Говорят, что это поможет ограничить передвижение по стране ФОСАвцев и «Патриотов» и будто бы так будет легче их арестовать. Ну, кто-нибудь когда-нибудь слышал подобную чепуху? Дерьмо это все, вот что я думаю.

Керни сильно сомневался, что в этом вопросе кто-то будет спорить с водителем. По крайней мере, Роман Маковски это действительно настоящее дерьмо. Решил он, видите ли, переделать национальное самосознание людей. Да один запрет на оружие чего стоит! Маковски назвал события, благодаря которым он попал в Белый дом, беспрецедентной национальной трагедией. Керни невесело усмехнулся. Что ж, по крайней мере в этом одном нынешний президент прав.

Разговор внезапно прервался, и Керни поднял голову от чашки. В зал вошли четверо полицейских. Со стороны кухни появились еще двое. На плече у них висели карабины М-1 времен второй мировой.

Несколько водителей недоуменно встали на ноги. Официантка, стоявшая недалеко от Керни, уронила поднос с пластиковыми стаканчиками. И замерла, глядя на вошедших.

Один из полицейских – краснолицый мужчина лет пятидесяти – прокашлялся и сказал:

– У нас есть основания полагать, что убийца или убийцы тех девяти человек на ферме могут находиться в этих местах. Прошу прощения, что прервем ваш отдых, парни, но нам нужно проверить ваши документы и наличие оружия. Если вы невиновны, вам нечего бояться. Но если да, то советую сознаться сразу. Здание окружено, так что и не мечтайте смыться.

Внезапно Керни вспомнил фразу, которую произнесла женщина-»освободительница» на ферме до того, как началась стрельба.