По своему обыкновению Лотти начала болтать еще до того, как переступила порог.

— О, Лаура, ты бы видела все те вкусности, которые Куки приготовила для сегодняшнего вечера! Конфеты, имбирные пряники, мороженое, силлабаб, украшенный засахаренными фиалками, и потрясающими французскими ромовыми пирожными в виде сердечек. Она дала мне попробовать всего понемножку, а Стерлинг сказал, что даже несмотря на то, что я слишком маленькая для танцев, я могу оставаться здесь весь вечер, если уж я так сильно этого хочу.

Лаура, не отрываясь, смотрела на тарелку Лотти, а потом облизнулась.

— Я хочу есть. Поделись со мной, а?

Лотти выбрала неудачный момент, чтобы проявить грубость.

— Нет, это мое! — Она прижала к себе тарелку. — Сходи, и возьми себе сама.

Лаура встала с кровати, ее глаза опасно сузились.

— Отдай тарелку немедленно, маленькая жадная надоеда, или я тебя отшлепаю.

Лотти разинула рот от удивления.

— Конечно, ты этого не сделаешь! Ты никогда меня не шлепала. Даже, когда я этого заслуживала.

— Ну, все бывает, когда-то в первый раз, не так ли? — Лаура выдернула у нее тарелку.

Нижняя губка Лотти задрожала.

— Ты противная старуха-герцогиня, вот ты кто! Я все расскажу Куки! — И она выбежала из комнаты, захлопнув за собой дверь.

— Селеста, почему бы тебе не пойти к прачке и не выяснить, закончила ли она гладить платье ее светлости? — мягко предложила Диана, с зачарованным ужасом глядя, как Лаура набивает рот печеньем.

Служанка вышла, а Диана обошла Лауру по кругу, не в силах отвести от нее взгляд.

— Лотти была права! — воскликнула та, закатывая глаза от восторга. — Эти французские пирожные просто изумительны. — Она смела оставшиеся и облизала губы, скорчив гримасу, когда вместе с крошками на язык попало немного крема.

— О Господи. — Диана опустилась на оттоманку, чуть не сев на перепуганную Снежку. — Ты беременна, не так ли?

Возмущенная кошка юркнула под кровать, а Лаура медленно опустилась на постель, ее нижняя губа задрожала.

— Как давно ты знаешь? — мягко спросила Диана.

По щеке Лауры потекла одинокая слеза, оставляя на креме тонкую изогнутую дорожку.

— В первый раз я заподозрила около недели назад, но не была уверена, пока сегодня утром меня не стошнило после завтрака. А потом я безо всяких на то причин набросилась на Адисона. Я думала, бедняга просто разрыдается.

— Ну, это не должно быть уж таким большим шоком для тебя, не правда ли? Особенно, учитывая еженощные визиты моего кузена к тебе в спальню.

Лаура широко раскрыла глаза.

— Как ты узнала?

— Этот дом, может, и большой, но я не слепая. И не глухая.

Даже отбеливающий крем не смог скрыть того, как вспыхнула Лаура, а ее уши стали цвета яркой гвоздики.

— Не стоит пользоваться всякими романтичными эпитетами. Он просто исполняет свой супружеский долг.

— И с неослабевающим энтузиазмом, могу добавить, — сухо сказала Диана. — Ты уже сказала ему?

Лаура покачала головой.

— Зачем? Как только я рожу ему долгожданного наследника, он спихнет меня в какое-нибудь свое поместье, предпочтительно в Уэльсе или Шотландии, и забудет о моем существовании.