— Что и говорить, потасовка имела место, хотя и не в доме для умалишенных.

Виктория улыбнулась уголками рта, сложила руки на коленях и с минуту молча смотрела на Майлза.

— Извини меня, Майлз, очень тебя прошу! Если бы я не сглупила и рассказала тебе обо всем с самого начала, ничего этого бы не было. Но я-то решила, что смогу договориться с Хэррисоном сама…

Майлз погладил жену по щеке.

— Все уже кончилось, дорогая. Не стоит возвращаться к этому снова.

— Как, скажи на милость, я могу об этом не думать? Во-первых, тебя зверски избили, во-вторых…

— Погоди-ка, — вскричал Майлз. — Ты забываешь, что к концу драки на полу валялся Хэррисон, а не я!..

— Какая разница? — пробормотала Виктория. — Все равно у тебя разбито лицо, а Кингз Рэнсом пропал — и произошло это по моей вине.

— Ни в чем ты не виновата, Тори. Вернее, почти ни в чем. Не надо было тебе раззадоривать Хэррисона, вот что.

Виктория сделала обиженное лицо.

— Что значит «не надо было раззадоривать»? Вовсе я его не раззадоривала — и не думала даже.

Майлз вздохнул и мысленно обругал себя за несдержанность. Правда, он не прочь был узнать, почему Виктория не рассказала ему о встрече с Гилфордом, но торопить события не стоило.

— Ладно, забудем об этом, — пробормотал он. — Не следовало мне так говорить.

Виктория поднялась с места, прошлась по комнате и, встав у изголовья его постели, сказала:

— Я знаю, что ты неважно себя чувствуешь, Майлз, и мне меньше всего на свете хотелось бы сейчас с тобой ссориться, но, как видно, придется. Ответь, что именно ты имел в виду, когда сказал — «не надо было тебе раззадоривать Хэррисона»? Неужели ты и впрямь полагаешь, что между мной и Хэррисоном могло что-то быть?

Майлз прикрыл глаза. Назревала семейная ссора, и избежать ее не было никакой возможности.

— Ничего такого я не полагаю, — честно сказал он. — Просто мне немного грустно оттого, что ты мне солгала.

— Я? Солгала тебе? Да ничего подобного! Я никогда не лгала тебе, Майлз! Не понимаю даже, о чем ты говоришь…

— Вчера ты мне сказала, что провела первую половину дня в гостях у Мери Энн Парке.

Виктория удивленно воззрилась на мужа.

— Так оно и было. С какой это стати ты решил, будто я тебе лгу?

Майлз отвернулся. Судя по всему, жена все так же лжет ему. Прямо в глаза. Но почему?

Виктория, однако, не торопилась сдавать позиции.

— Не отворачивайся, Майлз. Я ведь задала тебе вопрос, так что будь добр ответить! Почему ты вдруг решил, что я тебе лгу?

Посмотрев ей прямо в глаза, Майлз отрывисто произнес:

— Потому что мой кучер Сэмюэль собственными глазами видел, как ты вчера днем каталась вместе с Гилфордом!

Виктория от изумления даже открыла рот.

— И ты, стало быть, подумал, что я… Решил, что я сочинила историйку о поездке к Мери Энн, чтобы без помех встретиться с Гилфордом? А после этого, потеряв всякий стыд, занималась любовью еще и с тобой? Господи, Майлз, да как такое могло прийти тебе в голову?

Майлз приподнялся и уселся на кровати, позабыв в эту минуту и свои ушибы, и боль в голове.

— Не передергивай. Я сказал только, что Сэмюэль видел вас вместе с Гилфордом. По мнению кучера, вы очень мило беседовали и вообще хорошо проводили время.

Виктория стиснула за спиной руки, чтобы ненароком не заехать дражайшему супругу кулачком в здоровый глаз.

— Все это чушь собачья! — воскликнула она, негодующе тряхнув головой. — Твой Сэмюэль так ничего и не понял, хотя, конечно, нас с Гилфордом видел, не скрою.