— Не плачь, Тори, — попросила девушка. В ее глазах тоже заблестели слезы. — Ты что-нибудь придумаешь. Ты же всегда была мастерица на выдумки! Прежде всего тебе надо решить, как ты все это объяснишь маме.

— Нет, — сказала Виктория, поднимая на сестру покрасневшие от слез глаза. — Это объяснить невозможно.

Каролина поднялась с места, подошла к инкрустированному перламутром изящному бюро и, вынув из ящика белоснежный батистовый платочек, протянула его Виктории.

— Только не надо пороть горячку, дорогая. Мы с тобой вместе все обдумаем и решим, что сказать маме. Прежде всего скажи мне, как толковать слова Гилфорда «при компрометирующих обстоятельствах». Я догадываюсь, что примерно это значит, но мне хотелось бы услышать твое собственное объяснение.

— Это значит, что меня застали за делом, которым мне заниматься вовсе не следовало.

Глаза Каролины расширились от любопытства.

— Значит, вы с мистером Уэлсли занимались какими-то неприличностями?

— Да.

— Ах, как это все волнительно! Так чем же вы занимались?

— Мы целовались, — невнятно отозвалась Виктория — в этот самый момент она энергично сморкалась. — Мы с мистером Уэлсли целовались в стойле.

Каролина мечтательно закатила глаза.

— Ах, Тори, какая ты счастливица!

— Счастливица? — выдохнула Виктория. — Как только тебе такое пришло в голову? Из-за этого проклятого поцелуя я по уши в грязи. Можно сказать, я опозорила свою семью!

— Бедняжка, — произнесла Каролина, снова усаживаясь рядом с сестрой. — Ну да не стоит слишком уж ебя бичевать из-за какого-то поцелуя. Взять хоть меня, к примеру. Я уже не раз целовалась с мальчиками. Ничего в этом позорного нет. Может быть, это легкомысленно — с этим я еще, пожалуй, соглашусь, но не позорно. Возможно, причиной сплетен стало утверждение лорда Гилфорда, что вы целовались в конюшне среди бела дня. Это-то всех и смутило! — с авторитетным видом добавила она.

— Нет, — с несчастным видом покачала головой Виктория. — Всех смутило его утверждение, что мы с мистером Уэлсли лежали, обнявшись, на соломе на полу стойла.

После этого на лице Каролины проступило выражение неподдельного ужаса.

— Вы лежали на… соломе на… полу стойла? — запинаясь, переспросила она. — Как это… лежали? Вместе?

— Да, вместе! — взвизгнула Виктория, вскакивая с кровати и устремляясь к двери. — Мы лежали на соломе, обнявшись, и целовались! И, как назло, в этот момент в стойло заглянул Гилфорд!

— Ох, Тори, — вздохнула Каролина. — Трудненько тебе будет объяснять все это маме!

Виктория круто развернулась к ней.

— Я же говорила тебе, что это объяснить невозможно! Тем не менее это случилось.

— И что же ты сказала, когда увидела лорда Гилфорда?

— Ничего не сказала, — пробормотала Виктория. — Не успела. Между Майлзом и лордом Гилфордом завязалась драка.

— Они подрались?! — вскричала Каролина. — Об этом я ничего не слышала.

— Потому, наверное, что Майлз как следует отколотил Гилфорда. Уверена, что, когда Гилфорд рассказывал о происшедшем, эту часть он опустил.

— Значит, они дрались из-за тебя? — пролепетала Каролина, устремляя затуманенный взор к потолку. — Мистер Уэлсли дрался с лордом Гилфордом, чтобы защитить твою честь?

— Не думаю, что эта драка имела хотя бы поверхностное отношение к моей чести, — бросила Виктория.