Сорель подошла к машине, где ее ждали родители, и с чувством облегчения забралась на заднее сиденье, чтобы ехать на прием.

— Хорошая свадьба, — оценила мать. Она посмотрелась в зеркало заднего вида, поправила шляпку, сделанную на заказ, в тон элегантному платью цвета морской волны, облегающему ее стройную фигуру. — Слава богу, никаких неприятностей, но Елена всегда была разумной девочкой.

Сорель поморщилась, но напомнила себе, что не следует обращать внимание на ненароком брошенные слова. Однако сравнение напрашивалось само собой. Даже отец пробурчал, что надеется на спокойную свадьбу, без эксцессов.

Ей хотелось спросить, давно ли Блейз встречается с Чери Уотсон и каковы их отношения. Она представила себе, как — будто невзначай — задаст свои вопросы родителям и как они отреагируют на них, какие ее ждут комментарии в связи с информацией, и тут же прикусила язык. Четыре года назад она лишила себя права задавать вопросы о личной жизни Блейза.

Она отвернулась и стала глядеть в окно; машина ехала над гаванью, огибая залив Ориентал. Стоящий на юру город славился пронизывающими южными ветрами, которые врывались с пролива и ударялись о холмы. Но сегодня день стоял ясный и тихий, солнце изливало мягкий свет на дома, приткнувшиеся между холмами и ластящимися к берегу волнами синего моря.

Нет места прекраснее, чем Веллингтон в солнечный день!

В зале, где проходил свадебный прием, Сорель с облегчением обнаружила, что Блейз сидит через два стола от нее и родителей, спиной к ней, но в зоне видимости. Она не могла отвести глаза от его черноволосой головы, которую он часто склонял к сидевшей рядом блондинке.

Когда начались речи, Блейз закинул руку на спинку стула Чери, пальцами нежно касаясь ее плеча; другая рука в перерывах между тостами играла бокалом.

Сорель предпочла бы оказаться где угодно, только не здесь, и присутствовала на приеме только ради Елены. Кроме того, гордость не давала ей уйти и требовала продержаться хотя бы достаточно приличное время. Она не собирается удирать, как будто ей стыдно оттого, что на нее все смотрят.

Она перевела взгляд на мать и заметила, что та почти ничего не ест. Кажется, она перебарщивает с диетами, так можно довести себя до истощения, подумала Сорель.

Рядом с Сорель сидел друг жениха. Их умышленно так посадили, чтобы они составили друг другу компанию, ведь он тоже оказался один. Такое положение подчеркивало отсутствие у Сорель партнера, что для нее также было несколько унизительно, хотя молодой человек выглядел весьма симпатичным. Сорель поддерживала с ним безыскусный разговор. Когда закончилась официальная часть и заиграла музыка, вслед за женихом и невестой в круг вышли другие пары. Молодой человек пригласил Сорель потанцевать. Она согласилась.

Он оказался на удивление хорошим танцором. После первого танца — медленного вальса — те, кто постарше, вернулись к своим столам, а он продолжал двигаться под бравурную музыку, выделывая рискованные стремительные па, и Сорель наслаждалась его грациозностью и пластикой.

Боковым зрением она видела, что Чери закинула руки на шею Блейзу и смотрит на него с обожанием, а он отвечает ей беспечной, спокойной улыбкой, опустив веки. Они казались парой, опьяненной счастьем.

Сорель заставила себя переключить внимание на своего кавалера, через силу улыбнулась ему и стала крутить бедрами в жестком ритме танца.

Их заметили. Люди расступились, восхищенные взоры подстегнули энтузиазм пары. Сорель видела, как Блейз повернул голову и глаза его вспыхнули — очевидно, неодобрением.

Она весело засмеялась, к удовольствию партнера, и добавила собственную импровизацию к танцу — подняла руки над головой, повернулась к нему спиной и через плечо, отбивая такт ногами, посылала ему провоцирующие взгляды.