— Готова идти? — спрашивает Доминик, переплетая вместе наши пальцы, и нежно подталкивает меня к двери.

— Да, пойдем. — Деревянная дверь была уже открыта, и я отпираю прозрачную дверь и жду пока Доминик закроет ее за собой, чтобы мы могли направились к дому моих родителей.

— Моя мама ждет не дождется познакомиться с тобой. Отец же, с другой стороны… ну, убедить его будет несколько труднее.

— Твою маму зовут Сандра, а отца Джордж, правильно?

— Ты запомнил. — Я улыбаюсь ему, когда Доминик выезжает на улицу.

Доминик поднимает мою руку, чтобы поцеловать кончики пальцев, и маленькая, нервная улыбка играет у него на губах.

Оставшиеся десять минут пути мы едем в тишине. Как настоящий джентльмен, каким он и является, Доминик обходит машину, чтобы открыть для меня дверь, и крепко держит за руку, пока я выхожу.

На этот раз, я должна быть его силой.

Могу сказать, что он немного паникует. Доминик все время проводит свободной рукой по волосам, потом поправляет рубашку, а глаза мечутся вокруг, всматриваясь в окружающее.

Пока мы идем по дорожке к входной двери моих родителей, я прислоняюсь к нему и говорю:

— Расслабься. Все будет нормально. Они знают, что ты важен для меня, и не будут с тобой суровы.

Его губы растягиваются в напряженной улыбке, и парень кивает, признавая, что слышал мои слова, но не отвечает. Я сжимаю пальцами его руку, и мы делаем последние несколько шагов к входной двери.

Я осматриваю фасад одноэтажного дома и замечаю, что не так много всего изменилось. Хотя палисадник выглядит немного заросшим сорняками, все остальное выглядит точь-в-точь, как и три года назад.

Я дотягиваюсь и нажимаю кнопку звонка, слыша небольшой всхлип изнутри.

Мама распахивает дверь и без промедления обнимает меня, пока слезы свободно катятся по ее лицу.

— Я так счастлива, дорогая. Так счастлива. — Она продолжает повторять это, все сильнее сжимая меня, пока ее объятия не становятся удушающими.

— Мам, ты меня задушишь, — говорю я, хихикая.

— Я просто не могу. Ты здесь, ты действительно здесь. Я так счастлива.

— Посторонись-ка, Сэнди, и позволь нашей маленькой девочке обнять своего старика, — говорит отец из-за плеча мамы.

Мама не отпускает меня, но подвинувшись немного в сторону, притягивает к нам отца. Я, наконец-то, стою на крыльце родительского дома, в кольце рук двух обожаемых мною людей.

— Я так горжусь тобой, — хрипло шепчет мне папа, продолжая обнимать меня.

— Ладно, давайте зайдем в дом. — Мама делает шаг в сторону и пропускает нас внутрь. — Ох, простите меня, я Сандра, а вы, должно быть, Доминик. — Мама протягивает руку Доминику, и он мягко пожимает ее.

— Рад познакомится, мэм.

— О, пожалуйста, просто Сандра. Проходите, прошу вас.

Отец не отпускает меня. Он продолжает крепко прижимать меня к своей груди. Я чувствую, как плечи его дрожат, и слышу, как он судорожно вдыхает. — Это все, о чем я просил. Просто чтобы ты могла выйти из своего дома.

— Я знаю, пап. И у меня, наконец, получилось. Все благодаря Доминику, — выдыхаю я, все еще обнимая отца.

— Давай зайдем и поговорим. — Папина рука держит мою, когда мы входим в дом.

Внутри все выглядит в точности как раньше. Ничегошеньки не изменилось.

— Вот, садись. — Папа указывает на диван.

Доминик сидит в кресле, а я оказываюсь зажатой между мамой и папой.

— О, кто-нибудь хочет кофе? — спрашивает мама.

— Мне просто немного воды, Сандра.