После завтрака, но до утреннего построения, ночное происшествие получило свое продолжение. Ну и кто бы удивлялся, только не я. Потому что еще ночью аналогию провел между сегодняшней суматохой и моим недавним похищением. Стоило только закончить с приемом пищи, как за мной посыльный и прибежал. Я не оговорился, именно прибежал. И мой вопрос о причинах такой спешки проигнорировал, сделал вид умный и таинственный. Строить и наставлять служивого не стал, потому как сразу стало понятно, кто так солдатика запугать может. И не ошибся в своих выводах!

– Вот сюда, ваше высокоблагородие, – посыльный ткнул пальцем в дверь, – Разрешите идти?

– Идите, идите…

Солдатик козырнул и исчез. Опять же бегом. Молодой потому что. Но службу понимает правильно.

А я потянул на себя дверь, шагнул в помещение планового отдела и… И не удивился присутствию в нем самого Джунковского! Говорю же, было у меня этакое предчувствие, было! Не могла эта история с моим пленением так просто закончиться! Да и удивляться я уже, кажется, разучился…

– А вы, Сергей Викторович, смотрю, совсем не удивлены нашей встрече. Признайтесь, ожидали нечто подобное?

– Как на духу, Владимир Федорович, как на духу. Ожидал, не спорю. Потому и вашему личному присутствию ничуть не удивлен. Только когда это вы успели меня опередить? Или это секрет?

– Помилуйте, какой тут секрет. Пока вы в столице финансовые вопросы решали и банки посещали, я уже в поезде на юг ехал…

– А почему бы и меня с собой… А-а, понятно. Это чтобы я себя здесь естественно вел…

– Правильно понимаете.

– Ну и?..

– Хм. Опережаю ваш вопрос, – генерал ехидно улыбнулся. – Взяли этой ночью еще одну группу, что по вашу душу пришла. Ну да вы это уже наверняка поняли. К сожалению, не всех удалось взять в целости, пришлось кое-кого и пострелять. Но и такой результат великолепен. И местных прихватили, что помощь им оказывали. Опять же, благодаря вам.

– Мне? – спросил, чтобы свой интерес показать.

– А кому же еще? Это же вы Семена после отбоя тревоги на разведку отправили? Погорячились вы, Сергей Викторович, заторопились.

– Он жив? – перебил генерала.

– Да что ему сделается? Живой. Вовремя мы его перехватили и расспросили. Узнали о вашем интересе. Ну и сделали соответствующие выводы. Больше, как вы понимаете, пока ничего не могу сказать. Раскрутим дело, разговорим людей, за ниточку потянем, всю сеть и раскроем.

– Вряд ли, Владимир Федорович, вряд ли. После ночной стрельбы наверняка все замешанные в этом деле разбегутся, как тараканы. Погодите. Вы сказали, людей? Значит, уже кого-то задержали?

– Задержали. Вы мне вот что скажите. Вы, так получается, все-таки опознали тот голос?

– Да вроде бы как опознал…

– Нет, Сергей Викторович. Без всяких вроде. Опознали или нет? Все-таки за этим живой человек стоит, и именно от вашего опознания его судьба сейчас зависит!

– Опознал, Владимир Федорович. Уверен. Потому-то и отправил Семена. Сам-то выскочил на голос, да уже поздно было. Не успел.

– Ну и хорошо. Просто прекрасно. Дальше мы сами. А вы занимайтесь своими делами. Вам же скоро вылетать? – Владимир Федорович кивнул на окно. Снаружи как раз звук запускаемых моторов донесся. Это первая эскадрилья к взлету готовится, моторы прогревает. А у меня есть еще время.

– Да, уже скоро. А если не успеете всех похватать?

– Слова-то вы где такие находите, Сергей Викторович. Похватать…

– Ну, а все-таки? Если разбегутся?

– Да и ладно, – ничуть не расстроился моему предположению Джунковский.