Тогда она могла бы встретить всадников по пути.
— Не умер? Ты в этом уверен? — Лаган с ужасом посмотрел на Лахлана. — Но Парлан сам похоронил этого парня. — Малколм и Артайр, которые стояли рядом, одновременно кивнули, подтверждая его слова.
— Да, похоронили. Только не того, кого думали. Я, к примеру, не верил, что эта история может завершиться без крови. И я заставил своих людей выкопать тело. — Лахлан мрачно улыбнулся, заметив, какое действие его слова произвели на молодых людей. — Тело сохранилось достаточно хорошо, и я имел возможность убедиться, что это не Фергюсон. Да, в могиле лежал Джорди — сомнений нет, но вот рядом с ним был не Рори.
— Рори обвел нас вокруг пальца. Даже убил друга для пущей достоверности. Уж слишком мы на него насели, и ему было необходимо навести погоню на ложный след.
— Это ему удалось, — сказал Артайр и выругался. — Парлан отмел свои подозрения, посчитав их глупыми.
— Этого я и боялся. Где он сейчас? Где, черт возьми, моя дочь? — взволнованно спросил Лахлан.
— Они отправились в уединенное местечко, чтобы побыть там вдвоем. В то самое, где Рори застал их в прошлый раз и чуть не убил.
— Тогда предлагаю всем оседлать лошадей и скакать туда во весь опор. Очень может быть, что Рори тоже отправится туда. А поскольку у мужчины обыкновенно есть только одна причина, чтобы забираться со своей женщиной в такую глушь, то Парлан и Эмил наверняка слепы и глухи ко всему, что вокруг них…
Через несколько минут Лаган, Артайр, Лахлан, Лейт и Малколм в сопровождении своих людей уже выезжали из ворот Дахгленна. Артайр испытывал удивление и даже своего рода удовлетворение от того, что скачет бок о бок с теми самыми людьми, на чьи владения не раз совершал набеги. Кроме того, он страшился за судьбу Парлана и Эмил. С тех пор как его взаимоотношения с братом улучшились и он подружился с Эмил, он обрел наконец чувство ответственности за семью и не имел ни малейшего желания этой семьи лишиться.
Эмил услышала топот множества копыт и ударилась в панику. Было ясно, что верховые скакали со стороны Дахгленна, но женщина решила на всякий случай проявить осторожность. Спрятавшись за дерево, она дождалась момента, когда всадники появились в ее поле зрения, и вздохнула с облегчением, поскольку узнала цвета их одежды. Когда они проезжали мимо, она выскочила из своего укрытия и устремилась им наперерез. Мужчины стали осаживать коней и, ругаясь, поворачивать их назад. Заметив, в какое смятение пришло грозное войско от ее призывного крика, Эмил едва не рассмеялась.
— Он все-таки до тебя добрался, — сухо констатировал Лахлан, заметив синяки и порванное платье дочери.
— Да, но не успел мне сильно навредить. Парлан же остался у Колодца Баньши, он ранен.
Артайр помог ей взобраться на круп своего жеребца и с удивлением подумал, что он, пожалуй, слишком уж обрадовался, встретив Эмил. Неожиданно ему пришла в голову мысль, что он чуточку влюблен в невестку. Оттого-то и испытал неимоверное облегчение, заметив, что с ней все в порядке.
— Скажи, он останется в живых? Он победил?
— Да, он победил. Рори лежит мертвый на дне. Но Парлана необходимо показать лекарю.
— Что ж, тогда будет лучше всего перекинуть этого здоровенного дурня через круп лошади и отвезти в замок, чтобы поручить заботам старой Мег. Ее руки не такие ласковые, как твои, зато умеют хорошо врачевать, — сказал Лаган, и они разом пустили лошадей в галоп.
Когда Парлан увидел скакавших к нему во весь опор конников, от удивления даже приподнялся. Его пальцы охватили рукоять меча, но тут же снова ее отпустили:
Парлан узнал Лагана, возглавлявшего отряд. Однако его удивлению не было предела: во-первых, он не мог понять, каким образом Эмил удалось так быстро привести подмогу, а во-вторых, его поразило количество следовавших да Лаганом людей. |