|
И еще... у меня появилось сильное отвращение ко всем мужчинам. Как только ко мне приближался мужчина или парень, я сразу вспоминала этот ужас. Но однажды мы дежурили ночью с одной медсестрой в детской больнице, я тогда еще подрабатывала в больнице. И она мне сказала, что можно получать удовольствие и без мужчин. Она начала меня ласкать, и я... Я полюбила ее. Мы с ней часто встречались, даже хотели жить вместе. Но она потом сдала экзамены на врача и уехала. Она обещала пригласить меня к себе, но так и не пригласила. Женщины тоже умеют делать больно, как и мужчины. Но я все равно ей благодарна, она открыла мне радости секса. Я поняла, что могу чувствовать наслаждение, как и любая женщина. Но только с женщиной... А скажите мне, леди Мелисса замужем?
– Нет, и никогда не была. Она тебе понравилась? – Необыкновенная женщина! И такая простая, хотя и ученая. Настоящая аристократка. – Похоже, леди Мелисса – это то, что тебе нужно. Познакомься с ней поближе... – Ну что вы, мэм. Она такая красивая, такая умная, она профессор, пишет книги. А я всего лишь няня, пускай и с высшим образованием. Ей будет неинтересно со мной. – Ерунда. Тут на пятьсот миль вокруг только вы две такие. Я тебе помогу, обещаю. Мэгги приехала в воскресенье вечером. Линда выбежала на улицу. – Мэг! Почему ты мне не позвонила? Ты что, так и ехала из Нью-Йорка? Я бы тебя встретила на машине от Бостона. – Да я не знала, что это так утомительно! Привет тебе, свободная дочь диких лесных троп Массачусетса! Продолжательница славных традиций города Салема! А это тебе дар от нью-йоркской мафии. – С рук Мэг спрыгнул маленький черный комочек и звонко залаял. – Это щеночек! Какой славный! Какая это порода? – Понятия не имею. Мне его продали за английского спаниеля. Я не стала платить штуку баксов за чистокровного мастиффа, как ты понимаешь. Просто пошла в питомник при нашем зоомагазине и взяла что поменьше. Предлагаю назвать его Борис. На сегодняшний день это самое модное имя. – Нет, я назову его Батлер. В честь моего любимого героя Рета Батлера. – Так, тут у меня куча подарков и какие-то твои вещички, которые мне всучила тетя Лин. Последние два дня она жила у меня. – Эта поездка тебя разорила? – Еще нет. После вернисажа у меня еще осталось много маленьких портретов американских президентов. – Мэг вошла в дом и огляделась. – Да, вот так живут у нас в провинции. Широко и с размахом. Тут два этажа? – Три. – А сколько ванн? – Дай посчитаю. Четыре. – Ну я тебя поздравляю, домовладелица... – Дорогая, это казенная квартира. Если меня уволят, я отсюда съеду в неизвестном направлении. – Судя по твоему письму, уволить тебя не должны, а даже наоборот. Ты станешь хозяйкой всего этого майората с его угодьями. Кстати, я так хохотала, читая последнюю часть твоего письма. Скажу честно, меня очень заинтриговал твой поляк. Я даже не поленилась и взяла в библиотеке том истории Польши. Этот дикий славянин пользуется дезодорантом? – Он настоящий джентльмен. Даже целует дамам руки. – Какой ужас! И носит камзол и ботфорты? Полдня прошли в восторгах, тисканье ребенка, осмотре достопримечательностей и советов по поводу улучшения интерьера. Наконец перед сном подруги примостились на двуспальную кровать Линды, и настало время для задушевного разговора. Линда подробно поведала Мэг обо всех прошедших событиях. Мэгги сосредоточенно и молча выслушала рассказ Линды. Потом, сдерживая улыбку, как бы задумчиво произнесла: – Не знак?, что и сказать! Слушай, я сюда переезжаю. |
