Мора была рада обществу Миры, но чем дальше, тем с большим нетерпением ждала возвращения Росса. Время шло, а его все не было. По ее просьбе чуппрасси расспросил жителей деревни, но вернулся очень скоро и сообщил, что сахиба никто не видел весь день.

– Куда же он уехал? – капризно спрашивала Мора. – Как он мог отлучиться так надолго и не прислать о себе весточки?

– Возможно, он не хотел тревожить твой покой.

– Разве ему не хочется узнать, как я себя чувствую?

Айя погладила ее по руке и ничего не сказала.

«Он хочет, чтобы я тут сидела, ничего не делала и дожидалась его возвращения, – сердито размышляла Мора. – Но я не стану! Я никогда не была особенно терпеливой, и мне не нравятся его игры! Довольно того, что он так поступал очень часто, пока мы не были женаты».

– Куда это ты собралась? – спросила через минуту Мира.

– Хочу выйти.

– Искать сахиба, когда вся деревня не может его найти? Бегать по темноте без саиса?

– Почему бы и нет?

– Хай-май! – Мира рассердилась по-настоящему. – Потому что ты теперь мэм-сахиб, а не своенравная девчонка! Ты должна вести себя как следует в твоем положении и не позорить имя мужа!

Мира никогда не разговаривала с ней так резко, но Мора не могла не признать справедливости ее слов. Раздраженно взмахнув подолом юбки, она уселась в ближайшее кресло.

Но только на минуту. На веранде послышались тяжелые шаги. Мора кинулась к двери и распахнула ее.

– Росс, слава Богу! Где, во имя неба, ты...

Но вовсе не Росс стоял перед ней, запыленный и усталый с дороги. Мора прижала руку к губам:

– Исмаил-хан! С какой стати...

Патан низко поклонился:

– Я привез письмо от бегумы.

Мора повернулась к нему спиной, распечатывая послание. Оно оказалось коротким и написанным с явной поспешностью. Росс, говорилось в нем, появился без предупреждения в розовом дворце вчера поздно вечером и попросил для себя отдельную спальню на ночь. Он немедленно послал за своей бывшей любовницей Синтой Дай. Знает ли об этом Мора? Разрешила ли она ему это?

– Что такое? – спросила встревоженно Мира. – Куда ты собираешься?

Мора не ответила и резко повернулась к чуппрасси:

– Пошли за моей лошадью!

Мира кинулась за ней и схватила Мору за рукав:

– Не смей уезжать в это время! Твое здоровье...

Мора сбросила ее руку.

– Исмаил-хан, ты поедешь со мной обратно в Бхунапур? Ты уже проехал сегодня это расстояние, я могла бы избавить тебя от поездки и взять с собой саиса.

Но Исмаил-хан не намерен был доверять свою хозяйку какому-то ничтожному конюху. Одному Аллаху ведомо, что может случиться, если у мэм-сахиб так горят глаза. Ой, да она прямо как разъяренная тигрица! К тому же он знал, что ждет ее в доме Валида Али. Ее встреча с сахибом вряд ли будет мирной.

– Я еду с тобой.

– Ты никуда не уедешь, пока не вернется сахиб! – выкрикнула Мира.

Но Мора никого уже не слушала. «Я убью его, – в бешенстве думала она, пока бежала к себе в комнату. – Или ее. Или обоих! Вырву у них сердца и брошу в пыль у себя под ногами!»

Захлопнув дверь спальни, она сорвала с себя платье, которое надела в ожидании Росса. Несколько жемчужных пуговиц отлетело и покатилось под кровать, но она этого даже не заметила.

Значит, ложь? Все, что он говорил ей прошлой ночью, все, что доказывал своими поцелуями и ласками?

Нет! Она сердцем знала, что так быть не могло.

Она заболела. Внезапно и сильно. И Росс оставался возле нее, пока худшее не миновало.

«Я дура! Дура!» Ясно, что ее болезнь вызвала у него отвращение.