– Когда?

– Вчера.

– И вечерние платья тоже?

– Все до одного! – чуть ли не плача ответила Лидия.

Миссис Каррингтон и тетя Дафна обменялись тревожными взглядами. Неписаные законы для таких приемов в Индии гласили, что каждая леди должна надеть подходящее для послеобеденного времени платье, перчатки до локтей и соответствующую шляпу.

Мора попыталась успокоить кузину:

– Вызови дхоби и вели ему принести одно платье обратно. Он уже должен что-то постирать, как ты считаешь?

У Лидии был такой вид, словно она вот-вот заплачет.

– Но я отдала ему так много! И твои тоже, Мора.

– Господи, – сказала миссис Каррингтон, – этот дхоби совершенно ненадежный человек.

Лидия выглядела такой несчастной, что Мора вздохнула и встала.

– Скажи, что тебе нужно. Я сейчас пойду и принесу.

– Принесешь? – обрадованно спросила тетя Дафна; она повернулась к хозяйке дома и добавила не без гордости: – Наша Мора отлично управляется с туземцами.

Миссис Каррингтон явно испытала облегчение. Как и большинство британских мэм-сахиб, она побаивалась своих темнокожих слуг.

Радуясь поводу пораньше покинуть комнату для завтраков, Мора спустилась в холл и позвала чуппрасси. За дхоби послали слугу, и тот прибыл немедленно, задыхаясь от спешки и усердия и вопрошая, чем он может угодить благословенной мисс-сахиб. Мора немедленно объяснила.

– Но, многопочитаемая мисс-сахиб, – вскричал дхоби в полном ужасе, – платьев у меня нет!

– Что ты болтаешь? – возмутилась Мора. – Где же они?

Дхоби тотчас перестал понимать английский язык, но когда Мора на свободном хинди пригрозила ему самыми страшными наказаниями, он с пристыженным видом признался, что отдал напрокат как гардероб Лидии, так и ее собственный. Отдал на весь уик-энд.

– Не понимаю, Баппа Сингх. Отдал напрокат? Кому отдал?

– Госпожам из делийского гарнизона. Платья вернут мне во вторник.

До Моры наконец дошла суть дела, и она застыла, оторопев.

– Ты отдал платья солдатским женам? Мои платья?

– Сегодня у них вечеринка на гарнизонном майдане, – проквакал дхоби. – Солдатские мэм-сахиб бедные, но им хочется надеть красивые платья...

– И ты отдал им наши платья? За деньги?

– Это делают часто, не только я, но и другие, – сказал дхоби в свое оправдание.

Возмутительная наглость! Мора была готова наброситься на негодяя и расцарапать ему всю физиономию. И ведь нет никакого смысла ждать! Она сама должна поехать в форт и сделать все.

Набросав записку тетке и миссис Каррингтон, она вышла из дому. Через десять минут она уже мчалась верхом во весь опор по дороге к Дели-Ридж, окутанная густыми клубами пыли, а солнце припекало ей спину и плечи, так как она впопыхах не захватила с собой ни топи, ни вуали. Позади нее город млел в жарком мареве, а вода в крутой огромной луке Джамны сверкала в полуденных лучах, словно расплавленное серебро.

Море уже стало невероятно жарко, во рту пересохло от жажды, но в глубине души она была довольна собой. Неужели сбросила с себя летаргию последних нескольких недель? Как же она раньше не догадалась, что для этого всего лишь надо послать ко всем чертям проклятый этикет с его нудными правилами?

Ей захотелось расхохотаться во все горло. И она это сделала.

– Где ты была, Мора, дорогая, – произнесла она громко и весело с давно забытым ирландским акцентом, – но возвращайся же!

Конь ее был уже весь в мыле, но она гнала его все быстрее, и ветер свистел у нее в ушах, а из-под копыт коня взлетали пыльные смерчи.

Впереди показались бесчисленные гробницы и величественные руины Семи городов.