– Я просто подумала, что вас больше интересует положение жены, а не любовницы. Не будете ли вы так добры позвонить, чтобы подали мою карету?

Маргарет отпила чаю.

– У Сент-Остина уже есть жена, которую он, кстати сказать, весьма театрально продемонстрировал свету. Хотя держалась она неплохо, как ни жаль.

– Не играйте со мной в наивную глупышку. – Рейчел снова села, расправив вокруг себя юбки. – Вам прекрасно известно, что брак можно разрушить… имея правильные… доказательства.

– Но скандал…

– Он более губителен для женщины, чем для мужчины. Ричард обладает властью и положением, дабы смягчить остроту, и, как пострадавшей стороне, ему все будут сочувствовать. Особенно мужчины, которые всегда боятся, что их драгоценные земли унаследует незаконнорожденный. Поскольку все женщины жаждут заполучить Ричарда в свои постели, они рады будут посмотреть на это сквозь пальцы.

– Я не сомневаюсь, что и сам он, в конце концов, будет бесконечно рад, что удалось избавиться от такого унизительного мезальянса.

Твердый взгляд Маргарет был таким пристальным, что заставил бы женщину послабее заерзать на месте. Рейчел же просто вздернула подбородок и отпила чай. Как Ричард мог находить Маргарет привлекательной? Волосы у нее цвета видавших виды кирпичей, а щеки усыпаны веснушками. Бюст, правда, довольно пышный, подчеркиваемый слишком тугим корсетом. Мужчины – рабы своих страстей.

Рейчел каждый день благодарила Создателя, что он наградил ее роскошными золотистыми волосами и глазами настолько голубыми, что они могли бы соперничать с летним небом. Не многие женщины могут сравниться с ее красотой.

И не многие мужчины могут устоять перед ней.

Она отодвинула в сторону свои воспоминания, дабы они не нарушили ее тщательно отработанной невозмутимости. Впервые в жизни Рейчел здорово опасалась, что может потерять все и годы тайного замысла и интриг окажутся напрасными.

Она не может позволить этому случиться.

Маргарет встала и подошла к окну.

– Раньше вы никогда не считали меня подходящей кандидатурой на роль жены Ричарда. Что изменилось теперь?

– Совершенно ничего, – ответила Рейчел, последовав за ней через комнату. – Просто это меньшее из двух зол. Если выбирать между вами и девчонкой, я бы, вне всяких сомнений, предпочла вас.

Маргарет снова рассмеялась, как будто скрипучие колеса прогрохотали по камням.

– Если это должно было стать комплиментом, то он не достиг своей цели.

– Не глупите. Мы не нравимся друг другу и никогда не будем нравиться, но в этом можем быть союзницами. – И на Маргарет падет вся вина, в то время как Рейчел пожнет все плоды. Какой восхитительно порочный замысел! Она чуть не рассмеялась вслух от собственной изобретательности.

Маргарет поджала губы.

– А чем плоха девчонка?

– Ничем не плоха, – ответила Рейчел, делая вид, что крайне заинтересовалась клавикордами. Она постучала по клавишам. Сильно расстроены. – Насколько я могу судить, она милое создание. Просто она не одна из нас. – Она наклонилась вперед, чтобы доверительно прошептать: – Ее отец торговец. Бумагопрядильни, представляете? Прядение, плетение и все такое. – Она изящно передернулась. – О чем думал Сент-Остин, приводя такую девицу в мой дом? То, что он вынуждает меня жить под одной крышей с представительницей низших классов, просто переходит все границы. Он хочет, чтобы моя дочь общалась с буржуа. Это ужасно.

– И все же, – проговорила Маргарет, устремив взгляд на улицу, словно завороженная зрелищем проезжающих мимо экипажей, – ее отец, должно быть, довольно богат.