Глаза Майсиса потемнели, он проверял Эша на правдивость.

— Умное решение. Готовы начинать?

Майсис и один из его деймонов пошли первыми. Лир за ними, и Пайпер следом, а потом Эш, Сейя и еще двое деймонов Ра. Четвертый остался на узком утесе. Пайпер пинала камешки на тропе, смотрела, как они скатывались по склону впереди. Тропа была украшена камнями всех оттенков голубого и коричневого, порой виднелись светло-зеленые камешки.

Вскоре дорожка сузилась и стала почти отвесной, пока они спускались. Склон поднимался справа от нее, слева был обрыв. Пайпер старалась не смотреть на обрыв с сияющей рекой цвета синего океана внизу. Она смотрела на спину Лира. Солнце блестело на его волосах, делая их бежевыми.

Они шли почти час, двигаясь так быстро, как позволяла тропа, а потом склон стал приятнее. Несколько деревьев смогло вырасти на травянистых участках, у них были извивающиеся толстые стволы и большие сине-зеленые листья. Лазурные шары, которые она увидела издалека, казались некими стручками с длинными лозами — корешками, наверное — висящими с веток. Она смотрела, пока они проходили первое дерево, растущее на склоне. Его корни извивались у основания, наполовину погруженные в почву. Ствол покрывал сине-серый мох.

Следующее дерево было еще больше, нависало над тропой, усики лазурных стручков покачивались на ветру. Майсис и его деймон впервые сошли с тропы и побрели по колено в траве, чтобы не шагать под ветвями. Лир пошел за ними, и Пайпер сошла с тропы.

Земля вдруг накренилась, голова Пайпер закружилась.

Руки взметнулись к голове, она пошатнулась, пытаясь удержать равновесие, пока земля пыталась сбросить ее ноги.

— Пайпер! — голос Эша был резким предупреждением, но она даже не видела, где он.

Ладонь обхватила ее руку и потянула в сторону. Кто-то впился в ее другую руку и потащил в другую сторону. Все это время мир дико кружился.

А потом головокружение пропало так же быстро, как началось. Пайпер подняла голову, борясь с тошнотой. Эш держал ее за руку, отклоняясь, словно не хотел быть слишком близко. Его хватка почти причиняла боль. Она повернулась, чтобы увидеть, кто с другой стороны держал ее руку, и кровь отхлынула от ее лица.

Никто не держал ее другую руку. Вместо этого сотни отростков из стручка обвивали ее руку, волосы и меч. Ее рот раскрылся от ужаса. Корешки залезали под ее одежду и щекотали кожу. Пайпер отпрянула, и ее ноги чуть не покинули землю, гибкие усики потянули ее обратно.

— Не двигайся, Пайпер, — Майсис встал рядом с Эшем, его деймоны — с ним. Он посмотрел на дерево спокойно, словно растения каждый день нападали на прохожих. — Крепко держи ее, — сказал он Эшу. — Придется отрезать ее.

Пайпер старалась не задохнуться, морщилась от пылающей боли в руке, где Эш держал ее, пока корешки медленно тянули ее, щекоча под футболкой.

Майсис и его ребята выхватили мечи. Они встали близко, но так, чтобы не запутаться в корешках, подняли мечи и по беззвучному сигналу опустили их. Лезвия разрезали усики.

Эш в тот же миг потянул и оторвал Пайпер от дерева. Несколько корешков впились, пытаясь утащить ее. Майсис быстро обрезал их. Пайпер пошатнулась, освободившись. Эш помог ей встать, а потом начал убирать с нее обрезанные корешки. Она опустила взгляд и увидела, что они еще двигаются, с трудом подавила вопль ужаса.

Майсис убрал меч и стряхивал корешки с ее спины.

— Убирайте все, — сказал он. — Они умирают несколько дней.

С дрожащими ладонями Пайпер стояла, вытянув руки, пока два деймона отцепляли от нее корешки. Пока Майсис убирал отростки с ее волос, она вытащила футболку из штанов и убрала нескольких из лифчика. Фу. Больше она не подойдет ни к одному дереву в этом мире.