— А это ты, — пробормотал он. — С-спасибо.

— Иди лучше, спасибо тут ещё где-то нашёл, — сердито буркнула девица. — Тяжелый как мешок с говном.

От подобной характеристики Игорь несколько взбодрился, но у дверей квартиры его голова крутанула лихую внутреннюю карусель и, скрипнув зубами, он прислонился спиной к стене.

— Чем это они меня так огрели? — спросил он, не открывая глаз.

— Трубой ржавой, — все в том же тоне недовольной примадонны заявила девчонка. — Если б я их свистком не спугнула, вообще бы могли забить наглушняк.

— Так это ты свистела? — оживился Кижаев, шаря себя по карманам. — Спасибо… тебе за это. Открой дверь, а. А то мне глаза даже раскрывать больно. Тебя как зовут-то?

— Лола.

— Как? — удивился Игорь.

— Лола, по паспорту Лариса, мать таким идиотским именем наградила. Все детство дразнили: Лариса-крыса. А сейчас зовут, как хотят. Кто Лора, кто Лара, кто Лола. А тебя как зовут?

— Игорь, можно Кежа.

— Как? — удивилась теперь Лола.

— Кежа. Кличка у меня такая по жизни.

Она открыла дверь, сама, без приглашения прошла в комнату, огляделась по сторонам.

— Хорошая квартира, больше чем у нас, только засранная очень.

Комментировать это высказывание Кижаев не стал. Он и сам знал, что видит сейчас Лола в зальной комнате: ободранные до бетона стены, рулоны линолеума и обоев в углу, заляпанный краскопульт — все атрибуты большого ремонта. Оставив девицу осматривать квартиру, Игорь прошел в ванну, на ходу сдирая с себя одежду, и уже через пять минут лежал, наслаждаясь горячей водой. Въехав в новое жилье, Кежа первым делом сменил все трубы и сантехнику, а ванну поставил самую большую из всех, каких только видел в местных магазинах. При этом чтобы втиснуть ее ванную комнату, Кижаеву пришлось даже слегка подрубить стенку. Но Игорь пошёл даже на это. За долгую кочевую жизнь именно ванна и баня были признаны им самой большой бытовой роскошью.

Дверь в ванную комнату осталась открытой, по причине полного отсутствия самой двери. Вскоре до ушей блаженствовавшего хозяина донесся отдаленный вопрос поздней гостьи.

— Слыш, Кежа. У тебя перекусить случаем ничего нету? Жрать хочется.

— Посмотри в холодильнике. Кстати мне тоже сделай пару бутербродов, — крикнул в ответ Игорь, подливая под струю воды импортную шампунь с любимым запахом роз.

Минут через десять на пороге с подносом в руках появилась Лола.

— Нехилая у тебя ванна, — заметила она, окидывая взглядом место блаженства своего нового знакомого. У того же из пены торчала лишь одна голова. Поставив поперек ванны доску, Лола водрузила на него поднос. Кроме бутербродов на нем присутствовали две запотевших бутылки «Жигулёвского», единственно признаваемый Игорем сорт пива. Бутерброды же Лолка соорудила своеобразные. Намазав огромные куски хлеба майонезом, она сверху пристроила все три вида колбасы найденной у Кижаева: ветчинную, сырокопченую и докторскую. Ни мало не стесняясь малознакомого, голого мужчину она присела на край ванны и принялась в упор разглядывать своего защитника.

— А по лицу не заметно, что тебя так сильно отхайдакали, — сказала она в перерывах между потребления пищи.

— Лицо я успел спрятать. Сзади по башке трахнули. Хорошо, у меня череп крепкий, как у мамонта. Сколько раз уже в этом убеждался. Это те два козла из автобуса?

— Да, они.

— Кто это?

— А, Жмуня и Пепел, пид…

Слово, которое девочка подобрала для определения характеристики парней, Кежа ни как не ожидал услышать из этих юных уст, даже со всеми скидками на испорченность нравов современной молодежи.