Изменить размер шрифта - +
С уважение Александр Калинин". А конверт уже подписан, адрес колонии, и место, главное, внизу письма есть. И мы с Андреем подписали ниже. "Уважаемый Георгий Георгиевич! Сообщаем вам, что долг ваш в пять тысяч рублей Калинин Александр вам отдаст не скоро, так как вскоре с нашей помощью поедет в места не столь отдалённые лет на пять-шесть. С уважением — начальник уголовного розыска города Кривова Косарев Г.Г, старший оперуполномоченный Колодников А.В." Запечатали мы конверт, отправили, как положено, через почтамт. И сегодня встречаю я в коридоре отдела Сим-Сима. Тот откинулся месяц назад, и отмечаться пришёл, на учёт. Говорю ему — зайди ко мне. Через полчаса он заходит. Я спрашиваю: — Ну, как, письмо мое получил?

Он говорит:

- Получил.

— Как реакция? Оценили?

— Оценили. Три дня барак ходуном ходил от хохота.

Теперь уже хохотали все милиционеры.

— Три дня? — всё спрашивал Колодников.

— Ага, три дня. Так что, стажёр, мы и тебя научим всему, что сами знаем.

— Если бы он ещё хотел, — добавил Колодников.

— А я что, не хочу? — обиделся Юрий. Но Косарев продолжал напирать.

— Не знаю. Настоящий опер должен найти улики любой ценой. Что у тебя с этим свидетелем по бараку — голяк?

— Почему, всё нормально. Он действительно видел троих качков в коридоре барака. Одного он даже запомнил, при случае может и опознать. И машину он там их видел.

— Какую? — быстро спросил Колодников.

— Джип какой-то. Весь увешанный фарами, как гирлянда.

Колодников и Зудов переглянулись.

— Что-то часто этот джип у нас стал на пути попадаться, — сказал Андрей. — В «Парусе» эти трое были на джипе. Теперь тут, на Севастопольской. Около барака. Это не один ли и тот же «Джип»?

— А ты молодец, — похвалил Юрия Колодников. — Не стал при начальстве раскрываться.

— Да, учёный уже.

Засиделись они долго. Финансов лейтенанта хватило только на начальный "забег в ширину". Потом уже скидывались все

Так что покинули они отделение в одиннадцать вечера. Домой Астафьев отправился с Колодниковым, им было по пути. Дежурка довезла их только до угла Ленина и Таганрогской, дальше была разрытая канава, и коллегам пришлось, чертыхаясь, пробираться в темноте. Оба были в изрядном подпитие, что усложняло эту простую задачу.

— Андрей Викторович, вы мне завтра в долг займёте, — спросил Юрий.

— Сколько?

— Да, сколь угодно. У меня вообще в кармане ни копейки. Даже на автобус. А мать неудобно просить, она и так меньше меня зарабатывает.

— Ладно, займу. Если моя половинка ещё заначку не раздербанила.

За такими разговорами они вышли к недавно открытому прямо в жилом доме бару под громким названием «Гладиатор». Тут Астафьев встал, и тормознул за рукав ссутулившего майора.

— Гляньте, Андрей Викторович.

На стоянке около бара стояло сразу три внедорожника. Это были: навороченная «Нива», с гирляндой прожекторов на крыше, «Джип» марки «Чероки» с точно такой же оснасткой на верху, и «Тойёта» РАФ-4, так же украшенная гирляндами фар поверху.

— Да, крутые тачки. Это, кажется, бизоновская точка?

— Да, я то откуда знаю? Пошли, посмотрим, как у них с подфарниками.

Они, прогуливающим шагом подошли к машинам, но, увы. Те стояли так, что капоты всех трех машин находились в тени небольшого фонаря, освещавшего вывеску с изображением одетого в полную форму гладиатора.

— Чёрт, не видно ни черта, — раздосадовался Астафьев. Колодников дёрнул его за рукав.

— Ладно, пошли, мне завтра с утра в отдел надо, не проспать бы.

Быстрый переход