— О, вас выдает ваша очаровательная манера растягивать слова, — сообщил он.

— Правда? — чуть разочарованно спросила Дебби. — А я-то надеялась, что этого уже не заметно. Как обидно…

— Обидно? Но почему? — Юджин был потрясен.

Ее выговор, неторопливый и мелодичный, так отличающийся от речи коренных жителей Чикаго, пленил его с самой первой фразы, а она, оказывается, недовольна. Что за странные существа, эти девушки!..

— Если честно, то не очень приятно выглядеть провинциалкой… — призналась она и подумала: ну вот, дурочка, надеялась произвести впечатление своей строгой элегантностью. Нет, никогда мне не удастся выглядеть истинной городской жительницей. Так навсегда и останусь девчонкой из жалкого захолустья…

— Да что вы, — поспешно перебил ее Юджин. — Вы даже не представляете… не представляете, какая вы… как вы… — Он запнулся, не зная, что сказать, засмущался и замолчал.

— Как я — что? — спросила не менее смущенная Дебби, проклиная свою застенчивость.

— Как вы отличаетесь от других, — брякнул Юджин и чуть не подавился собственными словами. Вдруг она поймет не так и обидится?

Дебби грустно усмехнулась: так она и знала… А с другой стороны, неужели несколько приличных тряпок и косметика, которой она и пользовалась-то не слишком умело, могли превратить ее в истинную жительницу метрополии — смелую, даже немного развязную, не пугающуюся мужского внимания и знающую себе цену?

Э-эх, простушка я, как есть простушка, сказала она себе. Взяла и тут же призналась вместо того, чтобы сделать вид, будто специально так говорю. Мол, сейчас так модно.

Юджин заметил ее усмешку и понял, что его опасения оказались небеспочвенны.

— Я имел в виду, в лучшую сторону, — неловко попытался он поправить ситуацию.

Дебби помрачнела. Значит, он заметил ее уныние. Почему, ну почему она такая… такая примитивная, что даже незнакомый человек в состоянии читать ее мысли как открытую книгу?

К счастью, подоспевший официант нарушил возникшую напряженность.

— Что будете заказывать?

Юджин вопросительно взглянул на свою собеседницу.

— Мне, пожалуйста, кофе по-турецки. Среднюю чашку, — тихо произнесла Дебби.

— Может быть, возьмете пирожное? Вы же говорили, они здесь вкусные, — предложил он. — И я бы тоже попробовал, если подскажете, что лучше.

Да ладно, какого черта, что мне терять? — решила девушка. И так уже проявила себя деревенщиной. Пирожное так пирожное, Она выбрала корзиночку с изумительным воздушным кремом, украшенную вишенкой и шоколадной крошкой.

Юджин заказал себе то же самое, и официант удалился, пообещав вернуться «сию минуту».

— Надеюсь, вы не будете возражать, Дебби, если я скажу, что вы сегодня чудесно выглядите? Просто фантастически. — Юджин решил Проявить себя настоящим галантным кавалером.

Девушка чуть покраснела — комплимент доставил ей ни с чем не сравнимое удовольствие.

Значит, не зря она потратила время и силы и терпела целый день неудобство от злополучных туфель.

— Спасибо, — ответила она. — Нет, я не буду возражать.

— Уверен, вам такие комплименты тысячи раз на день делают, — уже немного смелее продолжил он.

— Ну, не тысячи, конечно… — Дебби кокетливо не закончила фразу.

— Но десятки тысяч, — смеясь закончил за нее Юджин. — Конечно, а как же иначе?

— Прекратите, мистер Брайт, вы, право, смущаете меня, — нимало, однако, не смущаясь, заявила Дебби и тоже засмеялась.