Белл с опасением смотрел на пропасть с отвесными стенами глубиной в тысячу футов, когда локомотив шел по крутому повороту в одном-двух шагах от ее края. Беллу не нужно было заставлять Лофгрена увеличивать скорость. Машинист вел огромный локомотив со скоростью почти тридцать пять миль в час — на добрых десять миль быстрее, чем считалось безопасным в горах.

— Пересекаем перевал, — объявил Лофгрен, — следующие семьдесят пять миль — спуск.

Белл встал, уступая Лонгу место, которое по праву принадлежало ему. Лонг с благодарностью сел, чтобы отдохнуть, Лофгрен отключил пар и позволил «Аделине» двигаться по инерции. Когда они перешли на главный путь в Сакраменто и поднимались по крутому склону в горы Сьерры, Лонг подбрасывал уголь почти безостановочно.

— Можно тебе помочь? — спросил Белл.

— Будь моим гостем, — ответил Лонг, раскуривая трубку. — Я расскажу тебе, как нужно бросать уголь в топку. Несмотря на то что в течение следующего часа мы будем бездельничать, огонь не должен погаснуть.

— Но разве ты даже не помешаешь уголь лопатой?

Лонг усмехнулся.

— Всё сложнее, чем ты думаешь. И она не называется лопатой; это совок кочегара, размер номер четыре.

В течение следующих двух часов Белл трудился перед лабиринтом труб и вентилей, познавая сложности разогрева локомотива. Тендер качался из стороны в сторону на поворотах, затрудняя процесс подбрасывания угля в топку. Однако работа стала легкой, когда «Аделина» пошла под уклон. Он подкидывал лишь столько угля, сколько было нужно, чтобы поддерживать пар. Белл быстро научился широко открывать дверцу топки, ударяя по ней совком и рассыпая уголь по полу. И, вместо того чтобы сгребать уголь в одну горящую кучу, он наловчился поддерживать ровный огонь — яркое оранжевое пламя.

Крутые повороты остались позади, когда они начали спускаться, а их путь по кривой увеличился. Через час после того, как Белл вернул совок Лонгу, кочегар крикнул Лофгрену:

— У нас осталось угля и воды только на пятьдесят миль.

Лофгрен кивнул, не отрывая взгляда от дороги впереди.

— Как раз достаточно, чтобы добраться до Рено. Сможем заправиться там углем и водой и взять сменную бригаду.

Белл понял, что гонки по горам измотали Лофгрена и Лонга. Он видел, что умственное и физическое напряжение довели непоколебимого машиниста до полного изнурения, а усилия, затрачиваемые на поддержание пара на крутых уклонах, поглотили все силы неутомимого кочегара. Белл понял, что железнодорожная бригада Кромвеля устала точно так же. Он посмотрел на свои часы, но не мог точно определить, удалось ли им сократить разрыв по времени.

— Сколько времени потребуется, чтобы собрать другую бригаду? — спросил Белл.

— Столько же, сколько требуется для заправки тендера углем и водой, — ответил Лофгрен. Затем он устало улыбнулся, открывая ряд неровных зубов, и добавил: — При условии, что нам повезет и кто-нибудь окажется поблизости.

— Я благодарен вам обоим, — искренне сказал Белл. — Вы проделали героическую работу, проведя поезд по горам Сьерры. Наверное, вы установили рекорд.

Лофгрен вытащил свои большие часы, на задней крышке которых был выгравирован его локомотив.

— Действительно, — рассмеялся он.