— Но я ж не бюро. Ты же мне друг. Ты же человек. Обаятельный человек — неужели тебе не стыдно?

Федор с укором ворчит:

— Гонишь ты сильно. Смотри — права отнимут.

— Не отнимут, — говорит инженер уверенно. — У меня их еще нет.

В Суздале они осматривают кремль и церкви. Сибиряк Федор лишился слов, он только качает головой и чмокает: краса!.. Утомившись, они засели в ресторан и славно выпили. Они сидят друг против друга и чокаются:

— Будь здоров, Федя.

— Будь здоров, Степа.

Инженер вздыхает:

— Мучит, Федя, меня одна мысль. Ведь как-никак я Разин, Разин Степан, — ну подниму я народ. А дальше?.. А что дальше?

Сибиряк Федор соглашается:

— Н-да… Не вовремя ты родился.

— То-то. Давай выпьем… Только хватит из стаканов глушить. Давай стопкой — я все-таки за рулем.

Они едут осматривать могилу князя Пожарского. Инженера все мучит совесть — ему кажется, что жизнь его проходит зря. Он медленно кружит возле могилы, смотрит на барельеф, но вместо князя Пожарского ему нет-нет и вырисовывается суровый лик грозного народного атамана. «Сопляк, — говорит ему атаман. — Выпороть бы тебя. Имя мое, собака, позоришь…»

Инженер давит глубокий вздох. Ему совестно и больно — а тут еще подбегает какой-то маленький шустрый человечек и всем своим видом и суетой портит тихую и величавую минуту.

— Чего он от нас хочет? — Сибиряк Федор дергает инженера за рукав.

Инженер поглощен видениями прошлого. Но Федор опять дергает за рукав:

— Чего он хочет?

— Кто?

— Да вот этот — с кашей во рту. Пристает и пристает. По-моему, он нам, Степа, баб предлагает.

— Опомнись, Федор.

— Ей-богу, баб. И неплохих.

— Опомнись — ты в Суздале.

— Да не просто баб — пассажирок он нам навязывает.

Инженер Разин оборачивается к шустрому и вертлявому человечку — тот ни больше ни меньше устроитель экскурсий. А поодаль стоят и томятся две модные девицы: они опоздали на экскурсионный автобус. По-русски они не понимают. Англичанки.

— И куда они хотят? — спрашивает Разин.

— Молодые леди, — говорит с пафосом вертлявый, — хотели бы осмотреть Боголюбове. Ну и храм Покрова…

— Но это же значит — нам возвращаться.

Однако шустрый устроитель экскурсий не отстает:

— Я вас очень прошу отвезти их. Все-таки иностранки. Окажите им любезность… Ну как?

— Да я что — а ты как, Федор?

— Что — я?

— Ты против или нет?

Сибиряк Федор против — независимо от национальности он вообще не любит модных женщин. А главное, у них не закрываются рты. Они все время о чем-то болтают, а сибиряк Федор по природе своей молчун… Любит уединение… Природу.

Но инженера уже уговорили.

— Возьмем их, Федор, — машет он рукой. — Возьмем. Я же вижу — они обаятельные люди.

Светик встретилась с подругой Аей. После бессонной ночи Светик выглядит похудевшей и слабой — но тем тверже она изнутри.

— Больше терпеть не хочу. Я решилась.

— Будешь разводиться?

— Да.

Подруги сидят на скамейке. Прохладно. Конец сентября, и осень уже дышит в лица. Ая пригорюнилась — она так радовалась счастью Светика. Но, видно, счастье нам — не там, где ждешь.

— Может быть, еще некоторое время подумаешь? — Ая заглядывает ей в глаза.