|
Но неожиданно мое сердце пронзило таким холодом, какого я не испытывала прежде. Возможно, причина была в том, что Жиль наконец стал похож на человека, побежденного злыми силами: он выглядел ужасно, волосы растрепались и торчали в разные стороны, движения напоминали движения дикого зверя. Великий воин и герой исчез, уступив место дикому, грязному животному. Исчез мальчик, которого я помнила. И, наконец, умерла сострадательная, любящая няня. Не говоря ни слова, я повернулась и тихо выскользнула из комнаты. Я быстро пробежала по двору и не успела перевести дух, как наткнулась на одну из молодых монахинь, которая пребывала в крайне возбужденном состоянии. – Успокойся, сестра, – сказала я.– Случилось нечто такое, о чем я должна знать? – Ну, не совсем, матушка, но его преосвященство желает немедленно вас видеть. Значит, мое отсутствие замечено. – Как давно вы получили записку? – Записки не было, матушка, – робко пролепетала она. – В таком случае, как ты узнала, что он меня ищет? – Его преосвященство сам пришел, – ответила она.– Он покинул нас несколько минут назад и был очень расстроен тем, что вас не удалось найти. Я робко постучала в деревянную дверь, которая тут же распахнулась. – Так-так, а вот и вы наконец, – возмущенно заявил он. – Ваше преосвященство, прошу меня простить, я не думала, что могу понадобиться в такой ранний час, учитывая, сколько у вас забот и какой тяжелый день вам предстоит... – Рано? А как же заутреня? Где вы были, когда вам следовало находиться в вашей комнате? Мне не оставалось ничего другого, как солгать и понадеяться, что его шпионы не следили за тем, что происходит во дворе. – Я побывала в лагере. Несмотря на то, что еще очень рано, похоже, все уже встали, и мне ничего не угрожало. – И что же вы делали? – Гуляла, – ответил а я. – Иногда это меня успокаивает. – А я чувствую себя спокойным, если знаю, что могу найти вас в любой момент. И что вы в безопасности. Прошу вас, Жильметта, постарайтесь не подвергать себя ненужному риску. Настроение толпы, как мы видели, меняется быстро. Я опустила глаза. – Постараюсь быть осторожнее. – Хорошо. Я чувствовала в его голосе волнение, но решила, что он мне поверил. Его беспокоило что-то другое. – Заутреня, – проговорил он.– Пора. Я последовала за ним в его личную часовню. Церковь будет заполнена людьми, пришедшими из окрестных лагерей и желающими приобщиться к святости, которая могла на них снизойти в великолепном соборе. В тишине часовни мы очистились от ночных грехов, чтобы пуститься в новые, не опасаясь навредить своей душе. Я прошептала отдельную молитву, умоляя Господа простить меня за обман, совершенный мною перед рассветом, затем подобрала юбки и поднялась со скамьи. Как обычно, я остановилась в середине прохода и перекрестилась перед статуей Святой Девы. «Дорогая Мария, Матерь Божья, – без слов молилась я, – сделай так, чтобы Жилю де Ре не пришлось испытать страшных пыток, чтобы этот тяжелый процесс наконец закончился и я могла увидеть сына». Я повернулась и направилась к выходу из часовни. Около двери я увидела незнакомого высокого брата. Первые лучи солнца окружали его тело, и силуэт показался мне знакомым. Я прищурилась в бледном утреннем свете, но все равно не смогла его разглядеть. – Матушка, – проговорил высокий незнакомец. Многие меня так называют. Но голос, этот голос... – Матушка, – услышала я снова, и у меня замерло сердце. |
