Несмотря на ветер и тряску, люк закрылся за девяносто секунд, то есть с почти предельной скоростью. В отсеках еще не улеглась суматоха, а Вестербек уже выполнял инструкции: один виток на низкой орбите и возвращение к месту старта.

Нед оцепенело стоял у чьей-то койки. Он смыл кровь с рук, но не из памяти. Наемники расчистили проход к люку, растащив джипы в стороны, однако тяжелое военное снаряжение, которое должно было находиться в грузовом отсеке вместе с вездеходами, валялось на койках. Никто не собирался утруждать себя приготовлениями к посадке.

Хэттон что-то весело сказал Неду, потом, взглянув на лицо молодого человека, повернулся к Ясофу.

Они не могли улететь с Буина в таком состоянии. Даже запасись они водой, недели в переходе и выход из него сведут всех с ума, прежде чем «Стриж» достигнет Панката. В худшем случае придется сесть, чтобы выбросить джипы и тяжелые орудия, раз у них не хватило времени расставить их, как положено.

— Капитан, на месте какое-то движение, — предупредил Вестербек. — Там, где мы приземлились в первый раз, повсюду туземцы! Прием.

— Садись на холм, — приказала Лиссея, — но приготовься к мгновенному старту. Прием.

— Туземцы пошлют нам телеграмму, если у них возникнут проблемы, — крикнул кто-то. Остальные засмеялись, то ли не придавая значения тому, что камни, попавшие в корпус, разбили подъемные дюзы, то ли бравируя бесшабашностью.

Нед опустил защитный экран шлема и нажал переключатель, поймав изображение из навигационной рубки. Обычно он не любил этого делать, потому что, отгородившись от окружающего мира, чувствовал себя лишь фигуркой, участвовавшей в придуманной кем-то игре.

Мины направленного действия оставили после себя огромные воронки. Дым от брошенной фашины стелился по ветру.

Буиниты копошились на посадочной площадке, словно пчелы, готовящиеся к атаке всем роем. Заградительная линия, сооруженная экипажем «Стрижа», была забросана горой кустарника — еще одно доказательство, что аборигены способны эффективно противостоять технике звездных пришельцев.

Корабль взревел, тормозя при посадке на холм. Буиниты повернули головы в его сторону.

— Адъютант экипажу, — произнес Тадзики. — Я не буду, повторяю, не буду открывать люк до тех пор, пока не увижу, что мы остановились. Поэтому не спешите. Прием.

Холм оказался для «Стрижа» слишком маленьким. Его нос, корма и даже концы амортизаторов повисли над склонами.

Тадзики увеличил изображение на экране: два аборигена тащили безголовый труп, за ними шел третий буинит с одной рукой. Увидев приземлившийся корабль, они проворно исчезли в кустарнике, бросив труп. Раненый абориген небрежно отпихнул его на бегу когтистой лапой.

Тадзики включил панораму местности. Буиниты бросились врассыпную, словно соломинки, подхваченные взрывной волной, побросав все, что у них было в руках, как только узнали в «Стриже» корабль, который приземлился полтора часа назад.

Те, у кого оторвало одну ногу, прыгали на другой, кто потерял обе — ползли, отталкиваясь локтями. Только бы убраться подальше отсюда…

Вестербек выключил двигатели. В наступившей тишине слышалось только позвякивание металлических частей да шипение выпускаемого амортизаторами газа.

— Тадзики, — сказала Лиссея, — можешь открыть люк. Мне кажется, туземцы решили оставить нас в покое.

— Адъютант экипажу. На борту останется команда для приведения судна в порядок. Толл, ты — ответственный. Прием.

Когда трап опустился, Лиссея задержалась в проходе и приказала:

— Джипы не трогайте. Они нам еще понадобятся. Мы продолжаем получать сигналы от погибшего корабля?

— Нет, — ответил Вестербек.