Может быть, вы сможете что-то сказать?
— Их можно достать оттуда?
— Боюсь, что нет. — Брэнсон протянул ему пакет. — Извините, отдать в химчистку еще не успели.
Фэрриер неловко усмехнулся, как будто не зная, шутит полицейский или нет, и внимательно осмотрел содержимое.
— Костюмная ткань. Что-то вроде твида.
— Имея в распоряжении вот это, возможно ли определить, какой портной работал с материалом? — спросил Грейс.
Райан Фэрриер еще осмотрел обрывки ткани и нахмурился.
— Образцы слишком малы. Если вам нужно установить, кто пошил этот костюм или пиджак, рассчитывайте на сам материал. Это твид, очень высокого качества, плотный, тяжелый.
— Зимний материал?
— Скорее всего. Он значительно плотнее того, из которого пошит мой пиджак. Из такого твида шьют одежду для занятий на свежем воздухе, может быть для классической охоты. Хотя цвет не самый подходящий. Слишком, я бы сказал, смелый. Чтобы такой надеть, надо быть немного хвастуном.
«Плотная ткань… Можно предположить, — подумал Грейс, — что убийство случилось в холодное время года, скорее всего зимой».
— На мой взгляд, — добавил Фэрриер, — это твид от «Дормей». Могу уточнить у них в понедельник. Вы не могли бы оставить мне небольшой срез?
— Извините, нет, — покачал головой Грейс. — Слишком велика опасность загрязнения образца. Но мы можем оставить вам фотографии.
— А скольких портных может обеспечивать тканью такая компания, как «Дормей»? — поинтересовался Брэнсон.
Фэрриер задумался лишь на секунду.
— Сколько? Да сколько угодно! Сотни. Может быть, тысячи. Их материалы берут все самые лучшие портные — прекрасное качество, хотя и цены, конечно, высоки. Как я уже сказал, этот материал довольно пестрый, так что носить такую одежду рискнет не каждый. Думаю, у «Дормей» есть список покупателей именно этой ткани.
— Спасибо, вы очень нам помогли. — Сержант повернулся к Грейсу: — Хотя, конечно, вещь не обязательно изначально принадлежала жертве. Наш парень мог купить ее в магазине секонд-хенд. В Брайтоне их немало.
Фэрриер принял оскорбленный вид:
— Не думаю, что найдется много таких, кто, заплатив за костюм из дормейской ткани, отдаст его потом или продаст. Качественные вещи приобретают на всю жизнь.
В данном случае до самой смерти, едва не добавил Грейс.
25
Он сидел в полутьме, в тесном, продавленном кресле, слушая непрерывный, негромкий, но назойливый гул моторов, ощущая всем телом дрожь корпуса, когда самолет попадал в зону турбулентности. Большинство пассажиров спали. Спал и его сосед, придурок, выдувший четыре мерзкие коки с виски и теперь регулярно, через каждые несколько минут, начинавший громко храпеть.
В самолете храпеть нельзя. И дети в самолете не должны плакать. Тех, что плачут, следует смывать в туалете. У него руки чесались натянуть соседу на голову пластиковый пакет. В темноте никто бы и не увидел.
Но злость приходилось сдерживать.
Поэтому на коленях у него лежала открытая книга — «Управляйте вашим внутренним гневом».
Проблема заключалась в том, что само чтение книги вызывало злость. Написал ее какой-то шарахнутый психолог. Разве психологи в чем-то разбираются? Да они же сами все чокнутые.
«Глава 5. Составьте свой личный план действий (разработка Лорейн Белл)
Составьте свой собственный план по управлению и снижению гнева и постоянно носите его с собой».
Носить с собой? Где? В чем? В портфеле? В чемодане? В миске на голове? Привязать к мошонке?
«Отмечайте, когда именно вы более всего склонны к гневу. |