— Ангел, — вспомнил полицейский, — его зовут Ангел Гавирия. — Не знаю только, как это пишется.

— А кто он такой?

— Когда-то служил в полиции. — Тайл накрыл тело простыней. — Потом попал под суд.

— За что?.

— Если коротко — за умышленное убийство.

— О, Господи! Ну вот, он снова избежал тюрьмы.

— Да, — сказал Джим Тайл, — вместо этого нацепил на шею галстук.

Бад Шварц занимался воровством с семнадцати лет. Он не гордился своим ремеслом, но и угрызения совести его не мучили. Просто это дело ему нравилось. Когда его мать устраивала скандалы и требовала, чтобы он подыскал себе честную работу, он спокойно отвечал ей, что он — единственный из трех ее детей, кто не находится на учете у психиатра. Его сестра была адвокатом, а брат — брокером, и у них обоих давно возникли серьезные проблемы с психикой. Бад Шварц был, конечно, вором, но зато он жил в мире и в согласии с самим собой.

Он считал себя вором-профессионалом, сметливым, шустрым и осторожным. Те случаи, когда его ловили с поличным — таковых было пять, — он считал нехарактерными и случайными. Один раз во дворе дома объявился ротвейлер, которого накануне не было. В другой раз попался неугомонный жилец, который вздумал поливать свои бегонии в три часа утра. Один раз у него заглохла машина. В общем, все в таком духе. Чего не бывает на работе — Бад Шварц считал, что ему просто несколько раз не повезло.

Как правило, он придерживался консервативной тактики и не шел на неоправданный риск. Почему он согласился на похищение крыс по заданию Молли Макнамара — этого он до сих пор понять не мог. Посреди бела дня, среди тысяч людей, в самом центре парка развлечений! О, Боже! Может, он согласился просто от скуки? А может, потому что десять штук — это, что ни говори, десять штук. Сумма.

В своей воровской карьере Баду Шварцу никогда не приходилось иметь дело с вещами стоимостью в десять тысяч долларов. Однажды он стянул часы «Ролекс Ойстер», но они оказались подделкой. В другой раз он украл из гостиничного номера одной кинозвезды три кольца с бриллиантами, но человек, который скупал у него краденое, заявил, что все бриллианты — обыкновенные стекляшки. Туфта, так он сказал ему.

Кто же мог поставить ему в вину то, что он согласился на предложение Молли Макнамара? Поэтому, когда он вышел из заключения, он разыскал своего напарника Дэнни Пога. У Дэнни никаких талантов не было, только пара рук, чтобы помочь дотащить краденое до машины, но он был надежным парнем. Однако никаких подвигов от него ждать не приходилось.

Они вдвоем встретились со старой леди раз, потом другой. Получили инструкции. Она так достала их с этими инструкциями, что они буквально выучили все наизусть, за исключением того момента, что надо было делать с полевками. Бад понял, что главная задача — освободить этих тварей, именно такое слово — освободить — употребила старушка. Конечно, если б он знал то, что он знает сейчас, он не стал бы бросать крысу в красный «крайслер» с открытым верхом. Если б он знал, что таких тварей осталось всего две на целой планете, он бы даже, наверное, не разрешил Дэнни бросать вторую крысу в лагерь Виннебаго.

Но с полевками было теперь покончено, а Бад и Дэнни зализывали свои раны в квартире старой леди.

Заодно им демонстрировались слайды о вымирающих животных.

— Этот великолепный экземпляр, — давала пояснения Молли Макнамара, — не что иное, как североамериканский крокодил.

— Похож на аллигатора, — заметил Дэнни.

— Нет, это совершенно другое животное, — возразила Молли.