– Конечно.

И они поехали в больницу. На патрульной машине с включенной мигалкой.

Въезд на территорию больницы был перекрыт полицейским кордоном. Но их, конечно же, пропустили. На входе в корпус им пришлось пробиваться сквозь небольшую толпу журналистов, охотящихся за сенсацией. Полицейские, сопровождавшие Хлою, провели ее внутрь. Они поднялись на лифте на самый верхний этаж. Перед входом в палату, где лежала Хлоина мама, дежурили четверо полицейских. Хлоя всегда подозревала, что когда-нибудь ей придется навещать маму в больнице, где та будет лежать со сломанной шейкой бедра – но уж явно не при таких обстоятельствах…

– Мама?

– Здравствуй, солнышко.

– Мама, что происходит?

– Я тебе все расскажу.

– Погоди… А где папа?

– Он пока недоступен.

– О Господи. Он ведь не собирается тоже кого-нибудь застрелить?!

– Не надо делать поспешных выводов.

– Мама, ты убила семерых человек!

– Вот и славно.

Хлоя пыталась хотя бы слегка успокоиться, а мама смотрела на нее с безмятежной улыбкой.

– Но за что? Почему? Что они тебе сделали? – наконец проговорила Хлоя.

– В прошлые выходные все прихожане нашей церкви Нового взгляда ездили в горы – поститься для просветления. Это было восхитительно. Во время общей молитвы я вознеслась над Землей, и когда я взглянула на нашу планету из космоса, та была черной, словно обугленная головешка. И вот тогда я поняла, что с Землею все кончено и что церковь Нового взгляда заберет меня на другую планету.

– Ты что, шутишь?

– Нет, Хлоя, я не шучу. И мы с папой хотим, чтобы ты была с нами.

– Мама, это ужасно. Неужели ты не понимаешь?! Мама смотрела на Хлою тем же мягким, умеренно ласковым взглядом, которым обычно сопровождала «спасибо», обращенное к вежливым незнакомым мужчинам, придержавшим перед ней дверь.

– Я думала, ты поймешь. И порадуешься за меня. Помнится, кто-то у нас был вообще без ума от того старого комикса девятьсот семидесятых годов… Как его там? «Ямато»! И уж ты-то должна понимать, что испытывает человек, которому хочется покинуть разрушенную планету и отправиться в странствия по вселенной, сражаясь со всепоглощающей тьмой.

– Мама, это был просто комикс.

– Для «просто комикса» он как-то уж слишком тебя захватил в свое время. По-моему, солнышко, ты мне просто завидуешь.

– Что?!

– Ты мне завидуешь потому, что я сейчас нахожусь внутри этого самого комикса. По ту сторону зеркала. Я – да, а ты – нет. Но ты тоже можешь туда попасть. Пойдем с нами.

– Мама, пожалуйста, перестань. Почему ты убила этих людей?

– Потому что они знаменитости.

– Что?!

– Наша культура больна. Она разуверилась во всем, кроме славы. У нас не осталось другой формы бессмертия. Только слава. Убей всех знаменитых людей – и ты убьешь саму суть нашей больной культуры.

– И ты решила убить сотрудников новостной службы Третьего городского канала? Да кто, вообще, о них знает? Даже здесь, в городе.

– Как вернешься домой, посмотри сообщения в новостях. Братья и сестры из церкви Нового взгляда за последние два-три часа прикончили многих знаменитостей по всему миру.