— Пришли русские, — сказал он, войдя в горницу. — Они говорят, что у нас скрывается врач боярина Борецкого. Если мы его не выдадим, русские грозят взять силой… Вы Миланио, господин? — вежливо обратился он к венецианцу.

Миланио умоляюще смотрел на Шоневальда.

— Да, это Миланио! — не раздумывая, сказал орденский посол, указав пальцем на венецианца. — И мне кажется, что он не должен пользоваться защитой нашего двора.

Миланио понял, что все кончено.

— Прощайте, ваше священство! — с презрением сказал он. — Пусть вам воздается по заслугам… Я уйду с вашего двора, — обратился Миланио к ольдерману и, не проронив ни слова, удалился.

Шоневальд стоял у окна и следил, как щуплая фигурка венецианца пересекла двор и скрылась в воротах.

«На что надеется этот разбойник? — думал он. — Неужели рассчитывает на милость Борецкого? Или, может быть, решил перед смертью поиграть в благородство?»

Придя в себя, Шоневальд стал обдумывать план бегства из города.

Сначала он решил бежать на Псков переодетым, но тут же отбросил эту мысль.

— Не пройдешь ворота — схватят… — вслух рассуждал орденский посол. — Надо придумать другое. Но что?..

Долго он перебирал в голове всякие способы. Неожиданно вспомнил про Иоганна Фусса.

— Он должен спасти меня! — вслух сказал Шоневальд и, позвав в окно проходившего по двору слугу, попросил пригласить купца.

Иоганн Фусс не замедлил явиться. Робко взглянув на Шоневальда, он сказал:

— Я здесь, ваша милость.

— Господин купец, — без обиняков начал Шоневальд, — мне грозит опасность. Я должен тайно выехать из этого проклятого города. Помогите мне! — Он замолчал, не спуская глаз с купца.

— Как я могу помочь, ваша милость? Я бедный купец! — воскликнул пораженный Фусс.

— Подумайте, Иоганн Фусс, — вкрадчиво отозвался Шоневальд, — подумайте, сын мой. Церковь никогда…

— Ваша милость — перебил купец, — может быть, я смогу достать для вас русскую одежду. Мой друг, русский…

— Это исключено… — разочарованно протянул Шоневальд. — Это исключено, милейший. Городские ворота всегда хорошо охраняются, а сейчас… нет, это немыслимо… Подумайте хорошенько, господин купец! — Теперь в голосе посла послышалась угроза. — Вы ведь хитры на выдумку. Я помню, как вам удалось одурачить всех. Тогда вместо сельди вы провезли русским оружие.

— Ваша милость, я придумал! — радостно завопил Фусс. — Я могу вывезти вас из города в большой бочке. Я купил несколько бочек осетровой икры. Но… икра очень дорогой товар, ваша милость, а в бочке полных пятьдесят новгородских пудов…

Послу мало улыбалось подобное путешествие, но, поразмыслив, он понял, что другого выхода нет.

— Сколько стоит икра? — спросил он.

Иоганн Фусс долго колебался с ответом, что-то подсчитывая в уме.

— Я даю двадцать талеров, господин купец. Думаю, этого достаточно, — гордо сказал Шоневальд. — Двадцать талеров!

— Двадцать талеров, ваше священство!.. Только одна икра стоит сто талеров… Но для святой церкви я сейчас же выброшу икру и приготовлю все для вашего путешествия.

— Господин Шоневальд! — послышался за дверью испуганный голос. — Господин Шоневальд!

Дверь распахнулась, и тучная фигура Юлиуса Меца снова появилась на пороге.