Посланник от неожиданности застыл на мгновение, но тут же нашелся:

– С удовольствием, мадам. Но я постараюсь, чтобы Драккор знал об опасности заранее. Это заставит его хорошенько подумать. – Он быстро повернулся к Шанди. – Вы знаете, что Хаб вывел четыре легиона из Гувуша для сражения с гоблинами?

– Четыре! – Шанди пошатнулся. – Они вывели четыре… Да вы шутите!

Нет, посланник конечно же не шутил. О силы Зла! О чем думает Зиниксо? Гномы же немедленно восстанут. Странно, что они еще не хлынули с гор. Долгие годы войны так полностью и не усмирили Гувуш, а теперь и все достигнутое пошло насмарку. Но ведь не позволит же этот сумасшедший дварф идиоту Эмторо на самом деле управлять Империей!

Ему хотелось кричать от досады.

Но худшее было впереди…

– С тех пор как Драккор завоевал титул тана, – мрачно сказал посланник, – он призывает идти с огнем и мечом против Империи, утверждая, будто его отца предали в Хабе. Снова кровная месть.

– Кровная месть целой Империи?

– Это хорошее оправдание. Он твердил об этом весь прошлый год, а теперь, когда Гувуш и Ургаксокс остались без прикрытия, ни одна живая душа не выскажется против.

Шанди бессильно опустился на крышки люков.

Мой народ! Гоблины, дварфы, а теперь еще гномы и етуны. Тысячелетие по колено в крови? Он попытался заговорить, но не смог. Откашлялся и попытался снова:

– Я все же не думаю, чтобы этот недоумок, мой кузен, ослабил гарнизон в Оллионе.

– Как мне сказали, именно это он и сделал, – ответил Крагтонг.

Значит, и у халифа Зарка появилась возможность? Гоблины, дварфы, гномы, етуны и в придачу джинны? А разве эльфы и фавны упустят шанс присоединиться?

– Что творит Зиниксо?! – простонал Шанди. – Он украл Империю и теперь вознамерился ее уничтожить.

Ему никто не ответил.

Наконец заговорила Инос:

– Посланник, так вы считаете, что на сходку никто из нас идти не должен.

Он вспыхнул до корней волос:

– Да, я так считаю, мадам, но вовсе не из-за того, что опасаюсь за собственную шкуру, поймите! Поверьте, я охотно сразился бы за вас и почел за честь оказать услугу благородной родственнице. Но вы же понимаете, Драккор добьется решения о войне. Мне довелось в молодости побывать на сходке, обсуждавшей войну. Казалось, даже воздух пропитался кровью. Каждый кричал во всю мощь своих легких. Вашего сообщения просто никто не услышит!

Кровожадность етунов была притчей во языцех. Шанди мог себе представить – по крайней мере, думал, что мог представить, – во что она превращала собрание танов – убийц из убийц.

– Вы правы, ваше превосходительство, – пробормотал он. – У них не будет ни времени, ни желания выслушивать наши сказочки про волшебство.

– Не стану спорить, – проворчал Распнекс.

Посланник с видимым облегчением вздохнул:

– Может быть, в следующем году…

Если следующий год наступит.

– Жаль, что вы не сможете утихомирить этого несносного Драккора, – капризно сказала Инос. В таком случае, мне кажется, мы должны отправиться в Гувуш и попытаться поискать поддержки гномов.

– Желаю вам удачи, – пробормотал Крагтонг. – Жаль, что не могу быть полезен.

Неужели он собрался залечь в своей берлоге в Двонише?! Что ж, иногда даже етуны к старости обретают мудрость! Шанди воздержался от комментариев. Конечно, теперь ни у кого и мысли не возникало отправиться в Нинтор. Даже если не принимать в расчет Сговор и Драккора, маячившего где-то позади, сами по себе таны были безумными убийцами.