Она с беспокойством посмотрела вверх и вдруг поняла, что слышит сами книги, миллионы книг, которые заполняли многочисленные галереи Скриптория. Здесь хранились все самые древние и священные книги, какие только были в Колледже, и Тхайла слышала их голоса. Тиил и Шол стояли над ней, их человеческие фигуры заслонили пульсирующие фантомы ужаса и ревности. Что их так напугало?

В приглушенном бормотании книг она стала выделять один голос… Единственный голос, который называл ее имя…

– Тебе лучше, дорогая? – спросила Шол.

Ее окружало зеленое пламя ненависти и страха.

– Да, немного лучше, спасибо, – слабо проговорила Тхайла.

Где и когда раньше она видела эту женщину? До того, как оказалась в Колледже. Гнев шевельнулся в глубине души, пробуждая воспоминания.

К ней возвратилось магическое Зрение. За последние несколько недель она почти забыла об этом своем таланте, так как он распространялся только на таких же, как она, воспитанников и стажеров. Научилась подавлять его из уважения к внутреннему миру окружающих.

Теперь Тхайла умела видеть чувства своих спутников так же легко, как и чувства обычных людей. Она не могла не обращать на них внимания, так как от них ощутимо веяло опасностью. Сами эмоции были не менее отвратительны, чем их владельцы: подозрительность, зависть, обида и неистовое желание подавить и использовать чужую волю.

– Видишь это кресло? – спросила Шол. – Ты можешь поднять его? Я имею в виду, отсюда?

Тхайла с удивлением посмотрела туда, куда указывала женщина, и на некотором расстоянии в простенке увидела массивное кресло из резного дуба. Старое и пыльное, оно стояло здесь с незапамятных времен.

– С помощью магии, ты хочешь сказать?

– Конечно. Попробуй.

Тхайла сосредоточилась. Через мгновение кресло качнулось, а затем стало подниматься.

– Отлично, – сказала Шол, но в ее веселом тоне послышалось злобное испуганное шипение. – Продолжай поднимать.

Кресло стало тяжелое – волшебница толкала его вниз, а Тхайла сопротивлялась, стараясь поднять его выше. Магическое пространство запульсировало волшебной Силой. Отражение Шол раскалилось от непомерного усилия, а кресло все продолжало подниматься.

«Помоги мне!» – взвизгнула Шол.

Тиил присоединился к ней. Мощная пульсация, казалось, заполнила все здание. Гнев и страх наставников возрастали, вызывая у Тхайлы ответный гнев. Состязание в Силе было ей неприятно, и, возмущенная неравными шансами, она собрала всю свою волю.

С оглушительным треском кресло рассыпалось в пыль. Магическая сила сверкнула, подобно молнии, и рассеялась в пространстве. Тхайлу отбросило к стене, двое волшебников покачнулись. Боги милосердные! Двое студентов на верхнем этаже удивленно подняли головы.

«Невероятно!» – мысленно обратился Тиил к Шол, но та была слишком потрясена, чтобы ответить. Борьба обессилила ее.

В наступившей в магическом пространстве тишине вновь сделались слышны многочисленные голоса. Большинство из них пыталось привлечь к себе внимание Тхайлы, но тот единственный голос выделялся среди них, звал ее по имени. Она не могла разобрать слов. Голос говорил с незнакомым акцентом, на древнем наречии.

– Ну что ж, воспитанница, ты стала магом необычно великой силы, – сказал Тиил с теплотой, которая явно противоречила зависти, вьющейся вокруг него языками пламени. – Впрочем, ты теперь не воспитанница. Тебе больше не нужны учителя.

– Не нужны? – Тхайла в тревоге посмотрела на него. Новые возможности ее ошеломили. Ей хотелось, чтобы ее направляли, подбадривали и утешали – правда, вряд ли она теперь поверит хоть единому слову этих двоих извивающихся ископаемых.

– Смотри! – Тиил щелкнул пальцами, и в руках у него оказался толстый фолиант в кожаном переплете.

Книга не могла появиться извне, так как здание было защищено.