|
И все же консул решил выразить свои сомнения.
Цезарь, успокаивая, накрыл ладонью руку Красса.
— Я набирал людей в Африке и Греции и создавал из них военные отряды. А с римлянами это гораздо легче. Катилина обнаружил в нашем городе слабое звено, и если мы стремимся к процветанию Рима и расширению торговли, то непременно должны его устранить. Разве я не прав? Кроме всего прочего, столице необходимы сильные люди, которые смогут надежно защитить ее стены.
Красс покраснел.
— Но… смогу ли я командовать людьми так, как требуется? — едва слышно пробормотал он сквозь сжатые зубы.
Юлий по достоинству оценил выдержку политика, он понимал, чего стоило это признание в присутствии Помпея, однако в ответ лишь слегка нахмурился.
— Я тоже не сразу всему научился, — ответил он. — Заслуга принадлежит Марию и Рению. Ну и, конечно, Помпей сделал очень много — и личным примером, и тренировкой. Никто не рождается полководцем, Красс. На первых порах я буду следить и помогать, и Помпей наверняка не откажет в совете. Он тоже понимает, что для надежной защиты Риму просто необходим второй легион. И вряд ли согласится сотрудничать с кем-то иным, кроме тебя.
Оба взглянули на Помпея, и тот немедленно отозвался:
— Все что угодно, Красс. Юлий говорит дело. — Собеседники улыбнулись, а Помпей продолжал: — Ты нарисовал весьма привлекательную картину, Цезарь. Крассу торговля и легион, мне — молодая невеста и любимый город. Но до сих пор ты не определил цену своей щедрости. Так не таи же ее, открой!
Красс вмешался:
— Я готов принять высказанные условия с двумя добавлениями: во-первых, лицензия не на два года, а на пять, а во-вторых, предоставление моему старшему сыну, Публию, офицерской должности в Десятом легионе. Он должен стать трибуном. Я уже далеко не молод, Юлий, и сын должен получить возможность командовать новым легионом после меня.
— Согласен, — коротко заключил Цезарь.
Помпей нетерпеливо откашлялся.
— Но все-таки чего же хочешь ты, Цезарь?
Юлий снова потер глаза, словно пытаясь скрыть собственные мысли. Он вовсе не планировал связать свою семью с родом Помпея, но этот брак позволит дочери попасть в круг высшей римской аристократии. Сделка, конечно, имеет смысл. Оба консула слишком опытные и старые политики, чтобы отвергать подобное предложение. Да и в любом случае, оно гораздо выгоднее даже частичной потери их сотрудничества и поддержки. Юлий хорошо знал, как затягивает власть, как трудно от нее отказаться, испытав силу и неограниченные возможности. Ничто не может доставить такого удовлетворения, как лидерство. Он взглянул на собеседников открыто и ясно.
— Когда закончатся шесть месяцев моего правления, а те законы, которые я считаю необходимыми, будут приняты, ситуация станет значительно проще. Я считаю необходимым вывести два своих легиона в новые земли. Передам полномочия Помпею, но лишь с тем условием, что вы оба подпишете приказы, предоставляющие мне полную свободу вербовать солдат, заключать соглашения и издавать законы — все от имени Рима. Причем отвечать ни перед кем, кроме себя самого, я не собираюсь, и никаких отчетов посылать не намерен.
— Но будет ли такое положение иметь законную силу? — уточнил Красс.
Помпей утвердительно кивнул.
— Если консульские полномочия будут переданы мне, все пройдет вполне законно, — ответил он. — Прецеденты существуют. — Потом консул нахмурился и уточнил: — Куда именно ты собираешься вести свои легионы, в какие земли?
Юлий улыбнулся, вдохновленный собственным энтузиазмом. Как он спорил с друзьями по поводу ценности той или другой страны! Но в конце концов путь оказался определен точно и бесповоротно. |