– Баронесса, о чем речь! Сейчас принесу. – Галантно поклонившись, я отправился обратно.

    “Следующий раз без опозданий, господин барон!” Добравшись до покоев Сильвии, я стал искать накидку. Нашел я ее в третьей по счету комнате. Здесь стоял большой буфет с золотой и серебряной посудой. Несколько кушеток и кресел, на которых вперемежку с рукописями лежала незаконченная вышивка и безделушки. Посреди комнаты стоял столик из черного дерева с великолепной инкрустацией. По стенам были развешаны яркие вышивки На самой большой стене висел ковер со странным рисунком.

    “Чего только местные умельцы не придумают! Наверное, ткач был не совсем трезв, когда делал этот ковер”, – подумал я.

    Взяв накидку, я спустился во двор. Через некоторое время мы уже подъезжали к лесу. Прогулка удалась. Сильвия была очень грустна, но не казалась такой замкнутой, изредка отвечая на наши шутки и улыбки. Жизнь продолжалась! Молодость и любовь делали свое дело.

    На обратном пути, завидев черную громаду замка, она опять нахмурилась. Чтобы отвлечь ее, я поделился своим недоумением по поводу странного рисунка на одном из ковров в ее покоях. Она мне сказала, что ковер висел там всегда. Кто из ее предков его повесил, она не знает. Рисунок на нем был и для нее загадкой. Только я хотел перевести разговор на другую тему, как вдруг она перешла на таинственный шепот:

    – С эти ковром связана страшная тайна. Я чуть не свалился с седла, резко наклонившись к ней:

    – Какая тайна?

    Сильвия, выдержав паузу, продолжала тем же таинственным шепотом:

    – Он никогда не выгорает на солнце. Все ковры и гобелены время от времени приходится менять, заменяя их новыми. А на нем рисунок как был, так и остается ярким и свежим.

    Увидев разочарование на моем лице, которое мне не удалось скрыть, она рассмеялась. Я бы и хотел на нее рассердиться, да не за что было. Откуда она могла знать, что я так остро отреагирую на слово “тайна”. Услышав смех Сильвии, все наперебой стали спрашивать, что ее так развеселило. Сильвия рассказала о нашем разговоре. И тут же с молчаливого согласия тетушки пригласила всех в свои покои полюбоваться на необычный рисунок Так, за разговорами мы и не заметили, как въехали во двор замка.

    К вечеру я успел забыть о приглашении Сильвии, но слуга, постучавший в дверь моей комнаты, сообщил, что меня ждут в покоях графини.

    “Черт! Совсем забыл про этот ковер. Было бы на что смотреть!” – с досадой думал я, поспешно одеваясь.

    Через двадцать минут я стучался в покои Сильвии. Там уже собрались все приглашенные. За чаем нам стали подробно рассказывать о сюжетах ковров и гобеленов, о вышивках, выполненных самой Сильвией, а заодно и о других предметах, которые украшали ее покои. На мой взгляд, эти рассказы несколько затянулись, и я откровенно заскучал. От нечего делать стал опять рассматривать узор ковра, заинтересовавший меня утром.

    “Этот ковер какой-то сумасшедший выткал. Никакой симметрии! Я бы сказал, что… Но что это? Нет! Этого не может быть! Сначала успокойся!”

    Меня ошеломила внезапная догадка. Громадным усилием воли я сдержался и не выпрыгнул из кресла. Потом осторожно осмотрелся по сторонам. Все смотрели на Сильвию и внимательно слушали ее.

    “Успокойся, Миша”.

    Вдохвыдох! Вдох-выдох! Я заметил, что мои пальцы побелели, судорожно сжимая ручки кресла. Осторожно расслабившись, я слегка подвигался в кресле, пытаясь сбросить напряжение. Своим ерзаньем я заслужил неодобрительный взгляд тетушки Сильвии.