— Я же, Володя, гражданский человек, а не военный. Пришла в шесть часов с дежурства, немного полежала на диване, отдохнула. Сегодня был тяжелый день, хотя и прошлые дни были нелегкими. Потом я нагрела в тазике воды и пошла в ванную мыться.

— И тут в дом пробрался я, — подтрунивая над женой, засмеялся Коготь, — похитил красавицу и соблазнил ее в спальне.

— Да ладно тебе в краску меня вгонять, — нарочито серьезно сказала Варя. — Лучше скажи, за что выпьем, коль нам в этот чудный майский вечер выпало огромное счастье быть вместе. Ведь сколько миллионов людей разлучено из-за войны… И они могут только мечтать о таком прекрасном вечере. Только ты и я, а больше ничего и никого не существует. Нет ни войны, ни страданий — ничего хотя бы на короткий миг.

— Я тебе должен сказать, Варя, — лицо Когтя стало привычно суровым, — завтра я уеду из Москвы. Ничего не поделаешь, служба.

— Теперь мне понятно, почему ты пришел сегодня пораньше домой, — Варя подалась вперед, опершись локтями о стол и подперев голову ладонями. — Мы живем вместе почти год. Но я никак не могу привыкнуть к тому, что ты то и дело куда-нибудь уезжаешь. А в прошлый раз вернулся с плечевым ранением…

— Не преувеличивай, подумаешь, зацепило немного, — Коготь равнодушно махнул рукой.

— Зацепило, говоришь… Пуля прошла навылет, чудом не пробив легкое, — тяжело вздохнула Варя.

— Значит, я везучий человек. Тебе радоваться надо, а ты вдруг загрустила. Улыбнись, дорогая, ну пожалуйста. У тебя такая очаровательная улыбка. Я не перестаю ею восхищаться. Эх, жаль не умею я слагать стихи. Улыбнись!

— Володя, ты взрослый мужчина, поэтому пора бы тебе знать, что улыбки по заказу если и получаются, то лишь фальшивые.

— Что ж, приму к сведению.

— Скажи, Володя, ты едешь на фронт?

Вместо ответа майор пристально посмотрел в глаза жене и укоризненно покачал головой.

— Ах да, я совсем забыла, это военная тайна. Извини, а как надолго ты уезжаешь?

— Точно сказать не могу, может, на месяц или на два. Там будет видно.

— Давай выпьем, Володя, за то, чтобы ты выполнил задание и вернулся ко мне живым и здоровым. Помни, что я очень буду тебя ждать.

Женщина не совладала с нервами, и из ее глаз потекли слезы.

— Ну вот, снова… А по радио передавали, что сегодня будет сухая, теплая погода, — Коготь поставил на стол граненый стакан с водкой и, придвинувшись к жене, крепко ее обнял и поцеловал в губы. — Варюха, да все пойдет как по маслу, задание простое. Курорт, честное слово, а не задание. Так что выбрось все плохое из головы. Подумай лучше, как мы с тобой заживем после войны. Будем ходить в театры, само собой — на балет. Ты же любишь балет. Посмотрим «Лебединое озеро». Ты только представь!

— Конечно, — вытирая ладонями слезы, выдохнула женщина, — я же серьезно занималась балетом, если бы не травма ноги, то могла бы стать известной балериной. Это было мечтой моего детства, но, увы, не сложилось.

— Да, но тогда наша медицина лишилась бы прекрасного хирурга — Варвары Алексеевны Коготь. Непорядок был бы.

Женщина улыбнулась.

— Вот видишь, Варюша, можем улыбаться, когда хотим, — бодро сказал Коготь. Затем он взял стакан с водкой и сказал: — Давай, дорогая, выпьем за нашу счастливую, радостную жизнь после войны.

— Давай — за нее и за скорейшую победу.

Супруги чокнулись и, выдохнув, почти одновременно залпом выпили водку.