– Сейчас. Только экзы подтянут. Там веса на три центнера. И так упарюсь…

– А вернёшься когда?

– Через пару дней. Распоряжения насчёт Гадюк и Волков я оставила. Пусть таскают нам детали для машины, сразу к Паукам на базу, Мех должен был успеть зарезервировать ангар. Там пацанва заморочится, и решит вопросы с прикидами. Нашим рабам нужна одинаковая форма! И народ так и не надел чокеры – тоже непорядок.

– А ещё у подростков в цивилизованном мире есть время заняться сексом! – я высказал своё возмущение ситуацией. И полез Эльзе под футболку, она прильнула.

– Слушай, а знаешь, у нас есть ещё пару часов… – Эля выгнула спину и прижалась ко мне всем телом.

В ушах застучало, а кончики пальцев мгновенно замёрзли.

– Я видел тут душ, там можно запереться… – Эльзу я подхватил на руки.

Звёздочка уже успела стянуть футболку и вертела ею. Под футболкой ничего не оказалось.

– Сай, Эльза, вас там Долорес зовёт. И она очень, просто очень злая! – Майлс залетел в зал буквально за десять секунд до того, как мы нырнули в душевую кабину.

– Майлз! – рявкнули мы хором.

– О, значит и вы теперь. Ну, поторопитесь! – Майлз испарился с глумливым выражением на лице.

Я со вздохом поставил Эльзу на пол. Существовало главное правило общины, самое главное правило: «Маму лучше не злить».

На уютной кухне угрожающе пахло ванилью.

Если бы меня спросили, что ещё угрожающего было на кухне, я бы обозначил пару толстых, каждый весом по килограмм двадцать, котов.

Коты угрожающе мурлыкали и ластились. Вообще они по габаритам больше напоминали шарики, и возрастом зверушки были по семь десятков лет каждый.

За столом сидела мама и угрожающе разливала чай.

– Сай, Эльза, заходите. Я не думала, что вы так быстро придёте. Пирог в духовке, – Долорес улыбнулась, и я едва не выпрыгнул в окно. Меня остановила рука Звёздочки, притормозила. Видимо, чтобы я сам не загораживал ей кратчайший путь к бегству.

Ногти Эльзы впились мне в ладонь. Я тяжело вздохнул.

– Мама, Майлз сказал, что у тебя что-то срочное. Попросил поторопиться.

– Да. Присаживайтесь. И рассказывайте, – из голоса Долорес пропала всякая мягкость.

Я бросил взгляд на окно, а потом на маму. Она поймала направление моего взгляда и сейчас иронично улыбалась.

– А о чём рассказать? – голос Эльзы дрогнул, лишь на мгновение.

– Ну, вы, дети мои, стали жить половой жизнью. Вот решила поинтересоваться, что, как. Почему не пришли на медкоррекцию? Хотите стать молодыми родителями? Не рановато ли? – в мягком голосе прорезалась сталь. Словно кто-то заботливо напылил на лом тонкий слой пластика.

Мы только испуганно переглянулись. Об этом аспекте своего плана мы не подумали.

– Но мы…

– Я сделала, пока лежала в больнице! – Эльза соображала почти мгновенно.

И почти скрыла в своём голосе облегчение.

– Садитесь. И за стол поглубже. Звёздочка, девочка моя, не надо так смотреть на окно. Я тебя уверяю, в случае чего я тебя догоню.

Мама иронично улыбнулась, одними губами. Мы подчинились. После чего Долорес тоже села за стол, сцепила руки в замок и положила на них подбородок.

– Сай, Эльза, как считаете, какая вы по счёту парочка на этой кухне? Которых я вызываю к себе с подобным вопросом? Не буду тебя заставлять гадать, я и сама толком не помню. Но счёт на подобные ситуации перевалил за пятый десяток. И знаешь что? Вы первые, кто реагирует на этот вопрос с облегчением. Хотя я точно знаю, что ничем подобным ты, Эльза, не озаботилась.