Безобразие прекратила Звёздочка, которая, злая и уставшая, устроила большой шмон. Пикантности ситуации придавал тот факт, что у многих бандосов нашлось порно уже не за авторством Чёрта. Откуда я узнал? Это Умник, по-дружески, подкатил ко мне и попросил как-то вернуть запись. Я сопоставил это с тем, что Тайли куда-то пропала и на глаза никому не показывалась, и с уважением посмотрел на красного Влада.

Листопад бурлил, Листопад охреневал, Листопад едва не лопался от гордости. Листопад жёг, нагибал, и был неимоверно крут.

А Эльза зверела.

На базе появилась турель на входе. Все «крысиные лазы» тщательно заварили и увешали проводными датчиками. Тайли выловила трёх наблюдателей от разных банд. Их немного побили и отпустили с посланиями разной степени матерности.

Короче, денёк выдался нервным. После десяти часов сна (пришлось пить снотворное) я вечером пришёл на базу, которая в очередной раз преобразилась, благодаря Чёрту. Звёздочка подошла и молча уткнулась лицом мне в грудь. От девушки пахло потом, кофе и ягодной химозой энергетика.

– Сай, всё плохо! – Эльза плотно прижалась ко мне.

Плечи Звёздочки дрожали.

– Что случилось?

– Пойдём!

Меня утащили в комнату с тренажёром. Там уже висел монитор, стоял холодильник, кофемашина. А за стенкой нашёлся душ и биотуалет. Пара роботов ускоряла обустройство базы в разы.

Эльза рухнула в кресло-подушку.

– Мы сломали планы очень, очень, просто очень серьёзным людям. За пределами станции, – из Звёздочки как будто стрежень выдернули.

– Все расстроились? – я попытался шутить.

– Рыжий, всё равно у тебя не получится так же смешно, как у твоего отца, – сказала Эльза с укором, но улыбка тронула её губы.

– Ещё бы, у него жизненного опыта больше. Три сотни лет человеку! Да он за анекдотами времени провёл больше, чем я вообще живу, – я сел в то же кресло-подушку, что и Звёздочка.

– Довод.

Мы обнялись. И тут же стали целоваться.

– Ты, кажется, совсем не хочешь рассказывать мне эту историю, – я с трудом оторвался от губ подруги.

Звёздочка встала на ноги и начала мерить комнату шагами. В один угол, в другой, и обратно.

Молчание затягивалось. Я не выдержал и в очередной заход выдал:

– О, десять секунд с половиной. Лучший круг! – надеюсь, голос не дрожал.

Эльза остановилась. Посмотрела на меня, а потом стала надуваться, как шарик. Ну, это я образно. Смотрелось так, будто хочет разораться. Но не случилось. Так же медленно выдохнула.

– Клоун-любитель, – вроде как диагноз поставила.

– Каждый профессионал когда-то был любителем! – лови подачу.

– Ладно, ты меня успокоил, короче, слушай. Только за кресло держись.

Я послушно вцепился ладонями в пуфик.

– Короче, кому-то из верхушки города, не нашим отшельникам, а тем, кто всерьёз пытается выбраться со станции, удалось вытащить на корпус вышку с радиопередатчиком…

Вопрос в пустоту космоса был один: кто готов вытащить со станции сквоттеров, и сколько это будет стоить. Космос ответил. Ответ был довольно логичным: а что, собственно, у станции есть такого, интересного?

Состоялся разговор, результаты которого не известны. Но вот бандам сейчас конкретно так нужны сервера.

Разумеется, это всё в режиме полной тайны. Разумеется, у кого-то хватило ума обсуждать эти вещи по открытым каналам. У каждой банды есть свой форум.

Короче, Эльза узнала всякого. Стало ясно, что Гадюки тоже не сами действовали. А теперь вот ситуация выходила предельно сложной. Эльзу вызвали на совет банд. Формально – обсудить неожиданную крутизну Листопада.