Каролина перевела взгляд на Стивена, и ее глаза, затененные пушистыми ресницами, зловеще сузились.

— Красивый мальчик, — холодно заметила она, вставая. — Кого-то он мне явно напоминает.

— На что ты намекаешь? — возмутилась Энн, потрясенная такой наглостью, и тут же вскрикнула: — Не смей к нему приближаться!

Но Каролина уже подошла к Стивену и, взяв его за плечи, поставила на ноги. При виде золовки, прикасающейся своими змеиными пальцами к ее сыну, сердце Энн бешено колотилось. А Каролина бесцеремонно вертела Стивена из стороны в сторону. Тот бросил испуганный взгляд на мать, но не сделал попытки вырваться, хотя весь съежился от страха. Дети ведь инстинктивно чувствуют опасность и безошибочно определяют людей, от которых эта опасность исходит. Посмотрел бы Рубен сейчас на свою драгоценную сестричку, которая в кои-то веки сбросила маску!

— Почему ты не хочешь, чтобы мы познакомились поближе? — насмешливо спросила Каролина. — Ведь он же вроде как мой племянник. Или нет? Ты уверена, что он сын моего брата?

Энн просто задохнулась от ярости.

— Убирайся! — выкрикнула она.

Каролина наконец оставила Стивена в покое и снова опустилась в кресло.

— На твоем месте я бы не стала говорить со мной в таком тоне, — надменно заметила она. Скрестив ноги, она взяла со столика чашку с кофе и, отхлебнув глоток, прищурилась. — Полагаю, Рубен и не догадывается о маленьких вольностях, которые ты себе позволяла, иначе не привез бы тебя сюда. Мужчины в нашей семье — горячие головы и не прощают женских измен. Неверных жен они обычно изгоняют с позором. — При этих словах на губах Каролины заиграла сатанинская усмешка.

— Если я расскажу ему всю правду, то это тебя с позором выставят отсюда.

— Да что ты? А я изложу ему свою версию. Это будет твое слово против моего, и кому из нас, как ты думаешь, Рубен поверит?

Энн затрясло от сознания собственного бессилия. Она прекрасно знала, что в открытой схватке ей против Каролины не выстоять, ведь в глазах Рубена его старшая сестра — непогрешима. Нет пока у нее оружия против этой женщины, лучше отступить.

— Я увожу моего сына к себе в комнату!

С этими словами Энн схватила Стивена за руку и потащила в дом. Ее грыз страх за ребенка, за Рубена, за себя. Ведь если она будет сидеть сложа руки, Каролина опять сумеет все разрушить.

— Иди, дорогая, но помни — спрятаться тебе негде, — прозвучал ей вслед хорошо поставленный голос Каролины, безупречно говорившей по-английски. — Я вернулась и буду ждать.

Энн втолкнула Стивена в спальню и заперла дверь. Затем без сил опустилась на пол и закрыла лицо руками. Сейчас ей было по-настоящему тошно. Господи, молилась она про себя, не допусти этого! Не дай ей снова все испортить!

Маленькие ручки оторвали ее руки от лица.

— Мамочка, ты что? И кто эта страшная тетя?

Энн была в таком шоке, что сумела выдавить из себя лишь слабую улыбку.

— Никого и ничего не бойся, малыш, все хорошо.

Если бы! Все, наоборот, было очень плохо. Хуже некуда!

— Вы не можете сейчас войти, сеньора…

Но Энн оттолкнула Марсело и распахнула дверь, ведущую в приемную ее мужа. Телефоны, факсы, мониторы системы слежения… В этом помещении царила цивилизация со всеми ее ухищрениями, что совсем не вязалось с интерьером старинного особняка.

При появлении Энн две секретарши подняли головы, оторвавшись от дел. Откуда-то возникла третья со стопкой документов в руках, и все дружно уставились на неожиданную посетительницу в немом изумлении.