|
В этом месте Гремящая Тропа снова поворачивала, чтобы чуть дальше соединиться с еще одной дорогой. Между двумя тропами лежал клин земли, поросший кустами боярышника. За Гремящими Тропами до самого горизонта тянулись поля. Холодный ветерок шевелил шерсть на боках Ежевики, а он никак не мог оторвать взгляда от полей, за которые уже начало опускаться солнце.
— Слава Звездному племени! — выдохнула Ласточка.
Ежевика направился к кустам. Там было намного безопаснее, кроме того, он очень надеялся, что друзья поджидают их в зарослях. Оставив Ласточку на страже, Ежевика полез в самую глубь, негромко окликая товарищей. Но никто ему не отозвался, и знакомых запахов тоже не было.
Когда он вернулся обратно, Ласточка чинно сидела на траве, обернув хвостом лапы. Перед ней лежала мышка.
— Пополам? — предложила она. — Я ее поймала, но что-то мне кусок в горло не лезет.
Посмотрев на еду, Ежевика сразу вспомнил о голоде. С утра он как следует подкрепился в амбаре у Горелого, но после этого они проделали та кой долгий путь…
— Ты уверена? Я и сам могу себе поймать.
— Нет-нет, угощайся, — и она лапкой подвинула к нему мышь.
— Спасибо. — Ежевика улегся возле нее и впился зубами в дичь, теплый мышиный вкус наполнил его пасть. — Постарайся не волноваться, — сказал он, когда Ласточка, склонив головку, нехотя откусила кусочек. — Я уверен, что рано или поздно мы их повстречаем.
Ласточка оторвалась от еды и взволнованно посмотрела на него.
— Я тоже надеюсь. Просто мне не по себе без Урагана. Понимаешь, мы всегда были очень близки, гораздо ближе, чем другие братья и сестры. Наверное, это оттого, что наш отец принадлежит другому племени.
Ежевика кивнул. Их с Рыжинкой тоже по-особенному сблизила необходимость бороться против кровавого наследства, которое досталось им от отца, Звездоцапа.
— Ну конечно, тебе ли не понять! — Ласточка наклонила кончики ушей, предлагая ему доесть остатки мыши.
— Да, — вздохнул Ежевика. — Но я не скучаю по своему отцу так, как ты скучаешь по Крутобоку. Я даже не могу чтить его память.
— Наверное, это очень тяжело, — Ласточка ласково прижалась щекой к его плечу. — Мы хотя бы на Советах видим Крутобока. А как мы гордились, когда он стал глашатаем!
— Он тоже гордится вами, — проурчал Ежевика, радуясь тому, что можно сменить тему.
Он проглотил последний кусочек мыши, и, пока Ласточка нехотя расправлялась с остатками, начал размышлять о том, что же делать дальше. Выглянув из куста, он увидел, что солнце в огненных лучах уже садится за горизонт, озаряя путь, который им предстоит пройти. Но они не могли сделать ни шагу, пока не найдут остальных.
— Их здесь нет, — прошептала Ласточка, и он почувствовал на ухе ее теплое дыхание.
— Значит, мне придется вернуться. Оставайся здесь на случай, если…
Негодующий визг заставил его замолчать. Из последнего сада в ряду послышались злые, перепуганные кошачьи крики. Вскакивая с земли, Ежевика поймал остановившийся взгляд Ласточки.
— Они там! — прохрипел он. — И они в беде!
Глава XV
Листвичка открыла глаза и увидела над головой листья папоротников, особенно четкие на фоне бледнеющего неба. Она тут же вспомнила, что сегодня ночь половины луны, когда все целители и их ученики отправляются в путешествие к Высоким Скалам, чтобы встретиться со звездными предками возле таинственного Лунного Камня. Дрожь возбуждения пробежала по ее телу; Листвичка ходила туда всего один раз, когда Звездное племя признало ее ученицей целительницы, но знала, что воспоминание об этом походе навсегда останется в ее памяти. |