— Мы никогда отсюда не выберемся! — вторя его мыслям, прошептала Рыжинка, когда они переходили через очередную Гремящую Тропу.

— Прекрати нытье! — огрызнулся Ураган. — Без тебя тошно.

Резкие слова всегда добродушного речного воина неприятно удивили Ежевику. Видимо, все они слишком устали, и надежда стала покидать их, как вода, что бесследно просачивается в песок. Увидев, как засверкали глаза Рыжинки и вздыбилась шерсть на ее загривке, Ежевика поспешно шагнул к сестре.

— Успокойтесь, вы оба! — рявкнул он.

И тут же замолчал, потому что Ураган резко развернулся и помчался через Гремящую Тропу прямо перед носом очередного чудовища. Ласточка отчаянно взвизгнула и бросилась за братом.

— Не надо зря рисковать! — заорал им вслед Ежевика.

Но речные воины даже не обернулись. Ежевика обернулся к Белочке, которая сидела возле него у самого края Гремящей Тропы и ждала удобного момента.

— Я скажу тебе, когда будет безопасно, — предупредил он.

— Без тебя обойдусь! — процедила Белочка. — Ты мне не отец, ясно?

С этим словами она вылетела на твердую землю Гремящей Тропы; счастье, что в это время на ней не было ни одного чудовища!

Ежевика бросился следом и догнал Белочку возле противоположного края дороги. Склонившись над ученицей, он приблизил нос к ее носу и в бешенстве прошипел:

— Если ты еще раз позволишь себе такую выходку, клянусь, ты пожалеешь о том, что я не твой отец! Я обойдусь с тобой не по-отцовски, ясно?

— Мне и сейчас жаль, что ты не мой отец, ясно? — в тон ему огрызнулась Белочка. — Огнезвезд бы знал, куда идти!

На это Ежевике нечего было ответить. Белочка была права — легендарный предводитель Грозового племени никогда не попал бы в такое дурацкое положение.

Зачем только Звездное племя избрало его, зачем?

Ежевика повернулся к старому коту, который, даже не думая торопиться, степенно переходил Гремящую Тропу.

— Пурди, скоро мы выберемся с территории Двуногих?

— Ась? Ах да, скоро! Совсем скоро, — весело заурчал Пурди. — Ох уж эти юнцы! Вечно торопятся, никакого терпения.

Грачик еле слышно зарычал и шагнул к провожатому.

— Зато мы пока не выжили из ума, как некоторые! — просипел он. — Пошли скорее!

Пурди моргнул.

— Всему свое время, — он постоял, понюхал воздух, потом решительно повернулся в сторону: — Туда!

— Он понятия не имеет, куда идти, — прорычал Грачик, но все же повиновался. Ни храбрость, ни вера больше не имели никакого значения. У них просто не было выбора.

Казалось, этот день будет тянуться бесконечно. Когда стало смеркаться, коты из последних сил плелись вдоль высокого забора Двуногих. Ежевике казалось, будто вся кожа на его подушечках содрана от долгого хождения по камню, и он мечтал только о том, чтобы снова почувствовать под лапами живительную прохладу травы.

Он открыл рот, чтобы попросить Пурди подыскать им место для ночлега, и вдруг почувствовал какой-то резкий, незнакомый запах. Ежевика остановился, пытаясь понять, чем пахнет, но тут к нему подбежала Рыжинка.

— Ежевика, чуешь запах? Воняет, как на помойке, что у самой границы племени Теней. Надо смотреть в оба. Тут должны быть крысы.

Ежевика кивнул. Теперь, когда сестра напомнила ему, он сразу выхватил крысиную вонь из месива других отвратительных запахов, которые источали отбросы, оставленные Двуногими. Обернувшись назад, Ежевика увидел, что остальные его товарищи сильно растянулись, утомленные страхом, неуверенностью и тяготами пути.

— Пошевеливайтесь! — крикнул Ежевика.