— Клянусь честью, никакого криминала. Просто Кэтти, моя секретарь, поболтала с вашей Энн. А та могла рассказать даже про размер вашей обуви и про цвет белья под вашим деловым костюмом, если бы кто-нибудь ее об этом спросил. Именно Кэтти объяснила мне, как вы выглядите. И знаете, даже женская зависть не могла заставить ее приуменьшить вашу красоту. Хватит раздумывать. Поехали!

Бриджет махнула рукой и ответила:

— А почему бы и нет? По-моему, я заслужила бесплатный ростбиф за разговор с вами. К тому же с вас причитается за нарушение тайны моей личной жизни.

— Боюсь, что мне пришлось бы платить в любом случае, — пробормотал Эндрю, когда она уже села рядом с ним и захлопнула дверцу.

— А я бы ни за что не стала платить. — Она закрыла плащом ноги, потому что он не заслужил права любоваться ее коленками. — Надеюсь, хоть там мы поговорим?

— Там — поговорим. Обещаю, — сказал Эндрю, вписываясь в поток движущегося транспорта. — Но сначала поедим. Не знаю, как вы, а я умираю от голода.

— Могу только посочувствовать, — ответила она, надеясь, что спутник не услышит предательского бурчания ее желудка.

Найти столик в каком-нибудь приличном месте в самом фешенебельном районе Лондона в это время было довольно трудно. Бриджет назвала один из самых известных ресторанов. Но когда они подъехали, Эндрю засомневался, сумеет ли договориться с метрдотелем.

— Жаль, что я не догадался заказать столик... — Он нервничал, ему не хотелось разочаровывать ее.

— Ничего страшного. Давайте попробуем, спросим... — не теряясь, просто сказала она и, открыв дверцу, добродушно улыбнулась служащему, как по команде вдруг оказавшемуся рядом с машиной:

— Добрый вечер, Луиджи. Рада снова тебя видеть!

— Это я рад видеть вас, мисс Винсен, — ответил тот, светясь радушием и подавая руку, чтоб помочь ей выйти.

— Я думаю, мне придется оставить эту штуку здесь, — проворчал Эндрю себе под нос, когда ему вручили ее зонтик, а его спутницу похитили и повели к входу в ресторан.

Он отдал ключи от машины одному из швейцаров и догнал Бриджет в зале ресторана, который был известен изысканной старинной обстановкой и прекрасной кухней.

Мисс Винсен в это время уже стояла перед стойкой с каким-то типом, очень похожим на Луиджи, державшим ее плащ, и говорила на чистом итальянском с улыбающимся ей вальяжным метрдотелем. Но вот последовал щелчок его пальцев... И их уже повели к лучшему столику в зале мимо очереди желающих отобедать. Эндрю даже показалось, что среди тех, кто остался ждать свободного места, он узнал министра сельского хозяйства. И еще там мелькнуло лицо помощника одного из членов парламента.

— Как вам это удалось? — спросил Эндрю, когда они оказались за столиком.

— В вашем досье написано, что я выросла в Лондоне. Я знаю Луиджи и его семью уже много лет, — сказала она, разворачивая салфетку. — Вот видите, мистер Боттомли, мне ни к чему какие-то там дурацкие знаки отличия.

Им вручили меню в больших кожаных переплетах, и Бриджет, раскрыв свое, задумалась о том, что бы заказать. Она была такая светлая, утонченная. Настоящая аристократка! А он — простой парень из Шотландии. Правда, более образованный, чем те, кого нанимали стричь овец на отцовской ферме. Но все равно — фермерский сын, крестьянин. Кто бы этим гордился?

— Я, кажется, хочу всего и по два... — Бриджет улыбнулась ему, выглядывая из-за большой кожаной папки. — Вы, надеюсь, не возражаете?

— Это зависит от того, насколько хорошо вы умеете мыть посуду, потому что тут же может начаться забастовка обслуживающего персонала, — пошутил он.

— О, бедные рабочие, которым вечно недоплачивают! — подхватила шутку она и закрыла меню, положив его на стол.