— А так? — фрейлина взмахнула рукой, проводя ею вдоль своего лица.

Иллюзия спала. Теперь, вместо изящной молодой женщины, в кабинете Владыки стояла старуха. Уродливая, безобразная, изувеченная. Всю правую сторону лица покрывали шрамы и струпья старого ожога. Его след тянулся дальше, теряясь в редких седых волосах. На пострадавшей от огня половине отсутствовал глаз, зато целый — смотрел на мага с прожигающей насквозь ненавистью.

— Не ожидал увидеть убиенную тобой сестру, братец? — каркающий хохот отражался от стен кабинета Владыки. — Не мудрено, Истарг. Годы и огонь никого не щадят.

— Боги! Мари… — прошептал Истарг.

— Мари умерла! — выплюнула старуха. — Мари сгорела в том пожаре, который устроил ты, теша свою гордыню!

— Мари! — взвыл маг и бросился на колени перед своей сестрой, отбросив посох в сторону.

Каркающий смех разрушил вдруг воцарившуюся тишину в кабинете Владыки. Истарг обнимал изуродованную женщину за ноги, а она хохотала, простирая к потолку жилистые руки с узловатыми пальцами.

— Когда-то ты говорил, что весь мир будет стоять на коленях перед силой твоей магии. Помнишь, братец? А сейчас ты валяешься у меня в ногах!

Она с силой оттолкнула ногой мага, а потом на концах ее пальцев заплясали синие огоньки, становясь все ярче и ярче. Пока не превратились в крошечные молнии.

Териасу приходилось читать о подобном человеческом заклятье. Osculum estmortis — «поцелуй смерти». Суть его заключается в том, что один маг может забрать у другого не только магические силы, но и жизненные. Этого Владыка допустить никак не мог. Истарг всего лишь человек и совершил немало странных поступков. Он нудный и порой чрезвычайно вредный, но их связывали годы тесного общения. И по-своему эльф испытывал к старому магу нечто вроде привязанности. Какие бы поступки не были совершены стариком в прошлом, сейчас Териас не мог позволить ему умереть.

Древняя эльфийская магия заструилась в его венах. Даже слабый маг-универсал способен на многое, а сестра Истарга отнюдь не слаба. Синие пики разрядов сорвались с пальцев старухи. Губы растянулись в безумной улыбке. С каким предвкушением она наблюдала за своим действом, наслаждаясь каждой секундой происходящего. Выставленный Владыкой воздушный щит выдержал натиск заклятья, постепенно поглощая его. В этот же момент массивные деревянные ножки стола, у которого стояла Мари, пустили корни и проросли. Молодые побеги устремились к ней, сковывая руки и ноги. Быстро и надежно.

Увиденное никого не оставило равнодушным. Лишь Истарг, упиваясь своим горем, продолжал тянуть к сестре руки, валяясь у нее в ногах.

— Встань, старик! — произнес Териас.

Слишком много времени упущено, слишком много событий, требующих немедленного решения. Чем дольше Владыку отвлекают, тем дальше от него Василиса.

— Я приказал — встать! — повысил он голос, и маг, пошатываясь, словно вмиг растерял все силы, начал подниматься.

Увидев сестру, скованную молодыми побегами, он удивленно посмотрел на эльфа. Воздушный щит с остатками смертоносного заклятья все еще висел в воздухе.

— Поцелуй смерти, — кивнул Териас. — Еще несколько секунд и мы бы на этом свете уже не разговаривали.

— Мари, я никогда не желал твоей смерти… Я искал… Я…

— Достаточно! — оборвал его Владыка и, посмотрев на советника повелителя демонов, спросил: — Вы до сих пор сомневаетесь в причастности вашей дочери?

— Нет! — прибывая в глубоком шоке, отозвался тот. Нетвердой походкой Велиар тер Куасси направился прочь из кабинета.

— Отец, нет! Нет! Не оставляй меня! — завопила безрогая демонесса, бросаясь за ним.