И тут меня озарила внезапная догадка. Хотя, не только меня, потому что мы с Сербской обе вопросительно посмотрели на притихшую Нонадзе. А Томка, она, сделав невинное лицо, смотрела в потолок, ковыряя носком туфли от мастера Бероса мраморный пол перед собой. Ну, нет уж, подруга! Любопытство, как внезапно разбуженное либидо, пока его не удовлетворишь, само не утихнет.

— Это она? — строго спросила Сербская.

— Да. — ответила Нонадзе. — Это Аделинда тер Куасси, бывшая любовница моего Андрюшеньки.

— Кого? — не поняла я.

— Принца демонского наследного, — пояснила специально для меня Лариска. — А скажи-ка мне, Томочка, ты этой блонди что… оба рога сломала?

— Один! Клянусь, только один! И то, так неудобно получилось, сама не знаю, что на меня нашло?

— А второй ей, значит, для симметрии подпилили? — не унималась Лариска.

— Выходит так, — рассеянно пролепетала наша рогосшибательница.

Демонесса летящей походкой подошла к синеглазому, и только тут я осознала, насколько они похожи. Явно эти двое — близкие родственники. Блондин ласково погладил щенку безрогой и улыбнулся ей так, что все дамы вокруг не сдержали восхищенного вздоха, даже мускулистые волчицы посматривали в его сторону так, словно там лежал аппетитный плохо прожаренный стейк.

— Брат с сестрой! — констатировала Сербская и я придерживалась такого же мнения, поэтому лишь кивнула в ответ.

— Надо Труди и Соню попросить побольше разузнать о некоторых гостях.

— Васька, это давно нужно было сделать. А еще местные фотороботы составить, изучить их слабые и сильные стороны, ну и разработать пару коварных планов, — Лариска, как всегда, в своем репертуаре.

В это время к парочке подошел пожилой демон с серыми толстыми рогами. Длинные седые пряди его волос спускались до самых бедер. В руках он держал клетку с двумя копошащимися зверьками.

— А вот и папа пожаловал! — продолжала комментировать происходящее Ларек. Мужчина передал клетку дочери. Аделинда подняла ее на уровень глаз и что-то ласково защебетала сидящим там существам, предоставив нам хорошую возможность их рассмотреть.

— Только не говорите мне, что это… — я просто физически ощущала, как меня затрясло. Хотелось визжать и топать ногами. Но еще больше хотелось сбежать из этого зала подальше и больше никогда сюда не возвращаться.

— Это крысы, — подтвердила мою догадку Томка. — Большие и коричневые. Просто с кошку размером! На Земле таких нет. Удивительно, а хвосты у них такие же лысые и серые, как у наших.

В Нонадзе говорил ученый и в душе, где-то очень глубоко, я ее понимала. Но крысы… Крыс я боялась с детства, до паники, до трясучки. Еще с тех самых времен, когда, играя в казаки-разбойники, спряталась в подвале, а дверь захлопнулась. Тогда маленькая девочка Василиса осталась один на один с темнотой и шуршащими звуками. Папа нашел меня только вечером, когда слез уже не осталось, как и сил кричать. Я могла только тихо скулить, вспоминая, как пробегавшая мимо крыса дотронулась но ноги лысым хвостом. Именно поэтому сейчас мое внимание было приковано к клетке в руках у демонессы, ведь в ней сосредоточился весь ужас, кошмар моего детства, воплощенный в двух зверьках.

— Васька, отомри! Что с тобой? — спрашивала обеспокоенная Сербская.