* * *

Возвращение сотника с дружиной в Ратном отметили широко и с самой искренней радостью. Да, треть ватаги погибла… Всего лишь треть – в дальнем походе могло быть и куда хуже. Все понимали, отроки – почти еще дети – походом своим, а кое-кто и жизнью заслонили, спасли взрослых мужчин, воинов, кои так нужны были в Ратном. Ушли б мужики – нашлось бы кому напасть, такие уж мрачные времена наступили, а впрочем, иных, верно, и не было.

Окромя всего прочего, поход Младшей стражи решил и еще один щекотливый вопрос: в очередной рейд на Полоцк князь Мстислав Владимирович туровских людей не позвал, решил сам справиться… По слухам, и справился уже, ну да то его дело.

Что касается местных интриг, то тайного агента ростово-суздальского князя Юрия – вдову Брячиславу – трогать по-прежнему не разрешали. Только следить и следить – пристально, да еще регулярно слать доклады боярину Аникею. Ну, конечно же, не сам Аникей доклады те читать собирался, а княжий дознаватель Ставрогин… Тем не менее нужно было слать, а сидеть сложа руки не следовало.

Неждан Лыко заявился в Михайловский городок сам. Постоял в приемной – в сенях – скромненько очереди своей дождался. Вошел, поклонился вежливо, здравия господину сотнику и дьяку его Илье пожелал.

Боярич от любопытства сгорал, но виду не подал:

– Илья, сходи-ка в мастерские, глянь… Ну, о чем вчера говорили.

Секретарь, поклонившись, вышел, плотно затворив за собой дверь.

– Ну, садись, рассказывай, – кивнул на скамью Михайла.

Неждан рассказал все. Путано, но более-менее похоже на правду. Так, как научил Кочубар, а тот был тот еще дока!

Вот эта недосказанность, путанность как раз и ввела в заблуждение сотника – коли б парень хотел обмануть, так, верно, придумал бы кое-что получше. А так… Тем более никаких прямых улик против Неждана не было, и обвинять его в предательстве – с чего б? Правда, и доверять… Да и как такого держать в Младшей страже? Без доверия-то – никак…

А вот этот вопрос разрешил сам Неждан Лыко. Бухнулся на колени:

– Господине! Не хочу боле служить, хочу ряд разорвать. Отпусти!

Сотник покусал губу:

– Что ж, неволить не буду. Чем заняться намерен?

– С твоего дозволения мастерскую открою.

– Мастерскую? – по-настоящему удивился Михайла.

– Телеги буду ремонтировать, лодки, а то – и лодьи, – в словах униженно сгорбившегося парня неожиданно прозвучала гордость – даже плечи расправились! – Серебришка немного скопил – на сарай да на деготь хватит.

Вот это Михаил Андреевич Ратников понимал и уважал даже – не какой-нибудь там бесправный бюджетник, в смысле – рядович, а бизнесмен – открывает свое дело!

– Что ж, с Богом…

Тем более, ежели что, дело-то это всегда можно будет прикрыть. Так сказать, административной властью.

Неждан не дурак – понимал и это…

Поднявшись на ноги, поклонился, поблагодарил. Уже уходя, обернулся на пороге:

– Не знаешь ли, господин сотник, Брячислава-вдова дегтем еще торгует?

– Торгует, что с ней сделается.

– Ну тогда посейчас к ней и заеду. Пару бадеек куплю…

Из окна было хорошо видно, как Неждан Лыко спустился с крыльца да, отвязав от коновязи каурую лошадку, уселся в телегу… Что ж, и правда – средства у него имелись.