Никто не видел оскал на лице парня, который вдруг вскинул подбородок, расправив плечи, став практически молодой копией своего отца. А потом, преодолевая тугое сопротивление воздуха, парень начал бежать, медленно набирая скорость.

Воздушный кокон трепетал уже где-то позади, став похожим на развевающуюся мантию, а обжигающее пламя с торжеством вгрызлось в плоть парня, срывая клочьями тлевший во многих местах камзол. Сцепив зубы до хруста, Петя запретил себе звуки. И сейчас его источник, трепеща от встречного ветра, становился ярче, доставляя нестерпимую боль. Словно маленькое пламя разгоралось, выжигая внутренности.

Горело и снаружи и внутри. Парень уже переставлял ноги из последних сил, чувствуя, как в окружающем пламени сгорает его старая суть. Словно легендарный Феникс, умирая и возрождаясь заново. В какой-то момент, ветер усилился, попытался надавить на грудь парня, но Полозов откуда-то знал, что так и будет. Уклонившись от удара воздушного пресса, он рванулся на пределе возможностей, полностью обезумев от боли. И когда жадные языки пламени в очередной раз оставили от его тела облако пепла, парень всё же заорал.

Воздух загудел напоследок. Порывы ветра складывались во фразы, смысл которых Пётр не смог разобрать.

Следующий протуберанец пламени, ударивший в лицо, поглотил его сознание. Словно огромная рука схватила за шиворот и рывком швырнула парня в кромешную тьму.

* * *

Парень поступил к ним с истощением энергетического каркаса и полной блокадой ключевых узлов дара. Помимо этого — закрытая черепно-мозговая травма, которая явно не способствует ясности сознания. Удивительно, как он смог вообще самостоятельно выбраться из Мёртвого.

Чтобы полностью выяснить картину, Скаржинской, уже после загрузки парня в «Витязя», пришлось снова пообщаться с девушкой, которая сопровождала Полозова — Алисой.

Та отвечала на её вопросы весьма неохотно и ясности никакой не внесла, кроме обмолвок, что им за Стеной пришлось весьма не сладко. А узнав, что это был их первый выход, Елизавета вообще опешила. Разумеется, зачем им понадобился Мёртвый, Скаржинская интересоваться не стала, хотя была такая мысль. Но глядя на цедящую слова Алису, задавать столь бестактный вопрос она посчитала лишним. Всё равно бы девушка не ответила. Это чувствовалось.

От медицинской помощи, которая явно требовалась и ей, девушка также отказалась, а Скаржинская не стала настаивать.

«Если хватает сил огрызаться, значит не так ты и пострадала», — мстительно подумала Елизавета, которую Алиса, почему-то, очень бесила одним своим видом. Каким-то глубинным чувством Скаржинская понимала, что эта их «симпатия» взаимна.

На предложение разместиться в комнате отдыха, предусмотренной для подобных случаев, Алиса также ответила категорично, хотя от чашки горячего кофе не отказалась, продолжив торчать в коридоре. Слава богу, посетителей, которых она могла несколько шокировать своим внешним видом, под вечер уже практически не наблюдалось.

Подойдя вплотную к стеклу, за которым виднелось бледное лицо парня, Лиза всмотрелась в заострившиеся черты. На лбу парня выступила испарина, но на этот счёт целительница не переживала. Сложная конструкция «Витязя» предусматривала подобные случаи, так что обезвоживание пациенту не грозило.

Комбинированный реанимационный комплекс, созданный лучшими артефакторами рода Скаржинских — был их гордостью, справляясь с настолько сложными задачами, когда, казалось, пациент был обречён. Созданный на стыке медицинских технологий, артефакторики и магии, «Витязь» был способен вернуть с того света практически любого одарённого.

Единственным уязвимым местом комплекса было то, что для излечения больного использовался его собственный источник.