— Всё будет нормально, — спокойно ответил парень, застёгивая куртку. — Я на них метку нацепил, так что найду, даже если они уедут в Манчжурию.

— Главное — не сдохни раньше, — едко отозвалась девушка. — Со своими экспериментами.

И девушка была права. Пока она договаривалась с менялой, а потом бегала искала ему одежду с обувью, Петя тоже не сидел без дела.

Забившись в конец тупика, куда никто, кроме того, как выбросить мусор, не заглядывал, парень попытался разобраться, что именно изменилось в его источнике. Увиденное внутренним взором его весьма удивило и озадачило одновременно.

Его энергетический каркас претерпел небольшие изменения. Парень уже понимал, что он взял очередную ступень. Вот только ему было не совсем понятно, как со всем эти был связан родовой дар, который окрашивал тёмным цветом ключевые узлы каркаса, если смотреть на него внутренним взором.

Узлы стали немного плотнее, как и переплетения тонких нитей — их вообще стало больше. На данном этапе — это все изменения, которые он смог заметить. Для того, чтобы сравнить с тем, что было до прорыва, Петру нужно было наполнить энергетический каркас «маной». А с этим сейчас наблюдались определённые проблемы.

В клинике Скаржинских ему сначала показалось, что магический фон занижен. Вот только от клиники они удалились на достаточное расстояние. И его переход на следующую ступень никак не мог сожрать всю ману в Мёртвом. Следовательно, что-то случилось с его восприятием и способностью аккумулировать энергию. Это — проблема.

Если сравнивать «ману» с водой, то из уверенно бьющего родника маны, парню осталась лишь тонкая струйка. Такими темпами он будет восстанавливаться очень долго.

Такое уже было, но в меньших масштабах. Но тогда у него под рукой были накопители, за которые он отдал Туману довольно кругленькую сумму. Где искать их в Мёртвом, парень не знал, поскольку подобные товары не находились в свободной продаже и имели узкоспециализированное применение. Обычные бытовые накопители здесь не помогут.

Внезапно спину парня царапнуло знакомое чувство. Чувство чужого взгляда. Украдкой осмотревшись и ожидаемо не увидев за спиной ничего, кроме заплесневелой кирпичной кладки, Петя сунул ноги в ботинки, предварительно туго намотав портянки.

— Всё равно великоваты.

— Скажи спасибо и за это, — скрестив руки на груди, фыркнула Алиса. — Или мне бегать нужно было по лавкам, чтобы найти более приличествующие тапки для вашей светлости? Не босиком — уже хорошо.

— Ты бы заканчивала с этими светлостями, — поморщился Полозов. — Услышит кто — вопросов не оберёшься. И да — спасибо. Не обращай внимание на ворчание. Ты правда — молодец.

— Такой себе комплимент, но от тебя другого и не дождёшься, — сменила она гнев на милость. — Так что дальше будем делать?

— Сначала мы поедим, — посерьёзнел парень, снова поймав ощущение взгляда. — Ты мне расскажешь, что произошло, как я оказался в клинике Скаржинских и куда делся Архип, а потом уже будем думать. Пойдём, я видел здесь одно укромное место, где нас не побеспокоят. А если кто-то и решится, пусть потом не обижаются.

Проулок опустел. Несколько секунд стояла тишина, а потом кирпичная кладка подёрнулась маревом, обозначив долговязую фигуру. Сделав шаг, человек в тёмном плаще с накинутым капюшоном окончательно отлип от стены. Наклонившись к мусорному баку, он подцепил кончиком кинжала белую грязную хламиду, оказавшуюся халатом, который парень туда забросил, когда переодевался.

Халат отправился в сумку, а мужчина поплотнее запахнувшись, неторопливо зашагал на выход из тупика.

Взмахнув рукой, он застыл на краю мостовой. Когда к нему подъехал неприметный паро-кэб, он самостоятельно открыл дверь, усевшись в него.