Незаметно отпустив на волю дремлющий в энергетическом каркасе конструкт, Пётр дождался, когда его тело окутало незримой тончайшей плёнкой активной защиты, способной остановить даже арбалетный болт без вреда для Полозова.

То ли идиот со шпагой был слишком возбуждён, то ли он вообще не являлся магом. По крайней мере, Петя никаких подтверждений этому не видел, как не присматривался.

— Ты глухой?

«Нет, с ним точно не всё в порядке, — сделал вывод Петя, наблюдая, как подрагивают руки хлыща. — С чего он вообще так разнервничался на ровном месте?».

— Елисей! — уже тише произнесла Елизавета. — Прекрати пожалуйста.

Но Полозов уже понимал: не прекратит. Парень уже закусил удила. Клинок извлечён, намерения обозначены, так что пора заканчивать валять дурака. Этот балаган нужно прекращать.

Незаметным движением, Петя сгрёб со стола десертную вилку, расположив её в ладони так, чтобы она не была видна блондину. После чего, не совершая резких движений, отодвинул стул и поднялся на ноги.

— Я сказал заткнись! — взвизгнул этот псих резко развернувшись к девушке. Когда под бешеным взглядом Елизавета отшатнулась, побледнев и закусив нижнюю губу, Петя понял, что медлить больше нельзя. Неизвестно, что блондинчику взбредёт в голову в следующее мгновение.

— Слушай, всё ещё можно отыграть назад, — последний раз воззвал Полозов к здравому смыслу Елисея, переключая фокус внимания на себя. — Сделаем вид, что ничего не произошло, и никто сегодня не поедет в госпиталь. Зачем тебе это?

— Что? — задохнулся от возмущения хлыщ. — Ты на что намекаешь? — ещё даже не договорив, он сделал резкий выпад, намереваясь достать Полозова, но Петя уже был начеку, предусмотрительно расположившись так, чтобы отодвинутый стул не мешался под ногами.

Как только кончик шпаги рванулся в лицо Пете, он лишь наклонил голову набок, пропуская металлическое жало слева. Стол, который их разделял, летящей вилке не помеха.

Вонзившись точно под ключицу барончику, вилка затрепетала, а сам Елисей удивлённо замер, то ли размышляя, почему его клинок не нанёс Полозову никакого вреда, либо откуда в его теле появилось четыре дополнительных отверстия.

Секундной заминки Петру было вполне достаточно, чтобы сократить расстояние, обогнув по кругу маленький стол. Хлыщ только открывал рот для крика, когда кулак Полозова врезался в его скулу.

Под рукой хрустнуло, и блондинчик покачнулся, но, к его чести не упал навзничь и рапиры из рук не выпустил. Только это уже ничего не меняло.

Петя сделал шаг навстречу, оказавшись вплотную, а потом сделал то, что воспитанные дворяне даже и не подумали бы сделать.

Полозов ударил головой, стараясь, угодить точно в переносицу.

Удар головой, помноженный на движение и опорную ногу, творят чудеса. Особенно, когда сломав противнику переносицу, ты повторяешь такой же удар, попадая туда же.

Рапира отлетела в сторону, а Елисей рухнул, как подкошенный, пачкая пол хлеставшей из ноздрей кровью.

По привычке, Петя хотел добавить носком ботинка в то же самое место, но вовремя взял себя в руки, поймав взгляд расширенных глаз Елизаветы.

Наклонившись, он подобрал шпагу. Ничего необычного, обычный клинок, вот только украшенный каменьями, словно его владелец уже не знал куда девать самоцветы. Безвкусица.

Полозов пропустил момент, когда мужчина, оказался возле них.

— Елизавета Андреевна, с вами всё в порядке? — спокойно осведомился он у девушки, незаметно расположившись так, чтобы находиться между ней и Полозовым.

— Не переживайте, я не стану делать глупостей, — понимающе усмехнулся Пётр, поняв, что этот мужчина не кто иной, как телохранитель девушки. Или родственник, приглядывающий за ней.

Вот только почему этот тип спокойно сидел, когда Елисей размахивал рапирой?

Окинув взглядом лежащее тело, Петя сорвал с его пояса ножны, в которые вернул клинок.