Болело абсолютно всё.

Дед Радислав сегодня будто взбесился, сегодня задав Петру такую трёпку, будто в самом деле задумал его убить. Нет, Полозов прекрасно понимал, что если бы Смирнов пожелал — он бы это сделал, происходи всё в реальном бою. Но, чёрт побери, что это только что было? И зачем?

То, что гнев старика был напускным, Полозов догадался только потом. Разъяренные люди, как правило, не сдерживаются или перебарщивают, не контролируя приложенных сил, в отличие от Радислава, который действовал так, словно он только хотел убедить Петю в своей злости.

Показательная порка удалась на славу.

И плевать, что на ней присутствовал только один зритель — сам парень. Но только Петю не покидало ощущение, что это было сделано только для того, чтобы парень взорвался и потерял осторожность.

Но зачем?

Несколько раз Пётр неосознанно обращался к родовой силе, когда ситуация была критичной, на грани, но в самый последний момент мозг понимал, что этого делать ни в коем случае нельзя.

Вся сила, которая была накоплена в этот момент в энергетическом каркасе парня, была истрачена, и в данный момент парень был выжат досуха.

В этом был один весьма положительный момент: в ближайшую неделю Полозову не грозит спонтанный выброс, что радовало. А с другой стороны, скорость наполнения энергетического каркаса немного увеличилась, парень это очень явно чувствовал.

Наполнение каркаса можно было сравнить с водосточной системой. Когда вода стоит в ней, она не используется, а на стенках труб образуется налёт, который весьма негативно влияет на пропускную способность.

Но вот когда кто-то открывает кран, вся вода уходит, забирая с собой всю наносную грязь, которая не успела прижиться на внутренней стороне стенок энергетических каналов. Чем чаще использовать силу, тем шире будут каналы и тем больше будет объём каркаса.

Разумеется, сравнение весьма грубое, но то, что Петя чувствовал увеличившийся объём, было довольно неожиданным ощущением. Раньше, даже полгода назад, он не замечал подобного. А сейчас он даже не понимал: нормальное это явление, или это его личная особенность, о которой кому-то знать нежелательно.

Так и найдя ответа на свой вопрос, парень крутанул вентиль с холодной водой, а горячую — наоборот закрыл. Тугие ледяные струи немного взбодрили, а тщательно растеревшись большим полотенцем, Петя почувствовал, что он даже сможет сеть за руль.

— Да уж, — вздохнул он. — Такой тренировки у меня ещё не было.

Когда Пётр направлялся к «Барсу», смирновского паро-кэба уже на стоянке не было. Старик даже не стал его дожидаться, чтобы что-то объяснить, что Петю слегка тревожило, поскольку он так и не понял: старик остался довольным тренировкой или наоборот?

Выбросив это на какое-то время из головы, Петя, выжав сцепление, повернул ключ в замке зажигания, после чего плавно тронулся. Движитель басовито заурчал, и Петя, не сдержавшись, прибавил газу. Вильнув задом и выбросив из-под широких колёс мелкий гравий, пароцикл рванул к выезду.

Сегодня ему предстоит ещё один непростой разговор, но перед этим нужно было заехать и справиться в «Орхидею». Всё же доставка денежных средств от появившегося мецената — явно не рядовое событие, как и размер их суммы.

Настроения, которое и без того было мрачным, погода не добавляла. Мелкая морось и пронизывающий ветер при езде на пароцикле — явно не то удовольствие, которое парень сейчас бы хотел испытывать.

«Что не говори, но паро-кэб иногда тоже нужен, — признал Петя. — Или хорошая экипировка, которую не будет продувать. Да и ездить насквозь промокшим такое себе удовольствие».

Уже подъезжая к «Орхидее», Петя поймал себя на мысли, что его что-то беспокоит. Какой-то очень больно грызущий червячок на периферии сознания не давал ему расслабиться.