– Можно брать вперед? – уточнила я.

– За два дня, – в официальном топе офицера прорезалось удивление столь безграничной тупостью. – Еще есть вопросы?

– Есть, – мстительно подтвердила я. – К командору. Он грозился дать мне подробнейшую вводную тотчас по прибытии.

– Любой здесь считается прибывшим только после инструктажа, – отбил выпад офицер. – Ты заметила, что в посадочном модуле вместо дверей?

– Разумеется, – подтвердила я. Широкие и ничем не прикрытые, не мешающие сбору по тревоге проемы являлись общепринятой нормой и не выглядели чем-то особенным – уж во всяком случае, не настолько особенным, чтобы заострять на них внимание.

– Хорошо, – офицер словно не заметил моей иронии. – Все же у нас встречаются двери. Закрытые. Открыв любую из них, ты потеряешь статус наемника и станешь нарушителем. Со всеми последствиями. Предупреждение сделано, Три Звездочки.

– Предупреждение принято, офицер, – я позволила себе непочтительно фыркнуть. Ханн в ответ посмотрел на меня в упор и рыкнул:

– На этом все. Командор придет сюда через четыре минуты. Успешной службы.

После чего, отрапортовав в наручный коммутатор: «Третий пост: прибыла капитан Три Звездочки», он развернулся и пошел прочь. У-уу, хмырь! явно рад отойти от меня как можно дальше. Я плюхнулась за ближайший свободный столик. Вокруг сгущалась нехорошая тишина: похоже, мое появление всерьез испортило гвардейцам аппетит. Ладно, подождем.

К счастью, командор Рлайммау не опоздал.

Появление командира высшего ранга в посадочном модуле, судя по полному отсутствию реакции на него у сидящих за столиками воинов, являлось делом вполне обыденным. Ну, мне что… меня больше порадовало обращение ко мне командора как к ничем не примечательному контрактнику. Никаких эмоций, кроме сдержанного удовольствия по поводу моего появления: «Наконец-то, Три Звездочки! Не думал, что твой ремонт затянется настолько». Похоже, он всерьез считает, что еще один патруль может улучшить оборону… а это значит: либо не умеет воевать – что невозможно для ханнского командора в принципе! – либо утаивает от меня что-то важное. Вот уж точно, информация – лучшая из валют! Вокруг Pax, сдается мне, махинации с этой валютой крутят все, кому не лень. Да и я, собственно, не исключение. Придя к этому очевидному выводу, я решила считать инструкции командора не только обязательными для исполнения, но и разумными: уж он-то, несомненно, знает, чего хочет.

Жаль, что возникшая у меня симпатия к командиру не помешала замечать его подчиненных. Вот уж где ни намека на сдержанно-холодноватую корректность Рлайммау! По репликам, явно намеренно сделанным недостаточно тихо, я прекрасно уяснила: мое присутствие оскорбляет здесь всех без исключения. Как и тот странный факт, что нанятая ради блажи знаменитого администратора шваль претендует на звание воина.

Уже к середине инструктажа все мои сомнения по поводу этого контракта превратились в откровенное сожаление. Зачем, спрашивала я себя, зачем я ухватилась за предложение Администратора Или-Раан? Как могла не подумать сразу, чем обернется работа на ханнов?! Слишком много грубых взглядов, слишком откровенное неприятие… меня ждет тяжелый год. И ничего уже не изменить, не переиграть! Остается только уйти с головой в работу, ведь патрульному, в конце-то концов, платят от времени налета, и я не для того здесь, чтобы выяснять отношения с рыжими зазнайками, куда лучшим выходом будет повернуть эту отвратительную ситуацию себе па пользу и заработать на ней по максимуму. Вот только спокойствия что-то не прибавляет ослепительная перспектива рубинового заработка…

Командор тоже почуял установившуюся атмосферу.