– О Боже! – воскликнула она, дрожа от наслаждения, которое доставлял ей Хью своими ласками. – Что ты делаешь?

– Целую тебя, – пробормотал он, прокладывая дорожку из жарких влажных поцелуев к ее уху и умело лаская языком впадинку за ушком. Он скользнул руками вверх по ее плечам, зарылся пальцами в ее волосы, а потом одну за другой принялся вынимать шпильки из ее густых кудрей, и… через мгновение роскошные локоны остались в его ладонях.

– Что за черт!

Когда до Лидии дошло, что случилось, она поспешно прикрыла руками свои коротко остриженные волосы и покраснела от смущения, глядя на то, как Хью изучает ее шиньон. Он был шокирован. А потом вдруг его губы дрогнули и изогнулись в ироничной ухмылке.

– Так-так, уж не мистера ли Моргана я вижу перед собой? Да, судя по всему, так и есть, мистер Морган собственной персоной! Приятно снова встретиться с вами. Вот уж никак не ожидал!

На какой-то момент Лидия обиделась, но, осознав всю абсурдность ситуации, расхохоталась.

Хью засмеялся в ответ, а затем осторожно коснулся пальцами ее щеки. Шиньон полетел в сторону, и Хью заключил Лидию в объятия.

Он прижался лбом к ее голове, и вскоре ни ей, ни ему было уже не до смеха. Его прикосновения были точно снизошедшая на нее благодать. Сейчас существовали только они двое.

– О, Хью… – выдохнула Лидия.

Он отнес ее на кровать и бережно уложил на покрывало. Потом сел на постель рядом с ней и внимательно посмотрел на ее короткие, едва доходящие до плеч, волосы.

– Какое необыкновенное лицо! Ты потрясающая красавица. Теперь, когда меня ничто не отвлекает от него, я вижу это особенно отчетливо.

– Но ведь тебе всегда нравились мои волосы. Ты находил их едва ли не самым красивым во мне!

Хью покачал головой:

– Они были, если позволишь такое сравнение, как глазурь на потрясающе вкусном пирожном.

Лидия улыбнулась и закрыта глаза. Все обидные слова, которые они выплеснули друг на друга, не значили ровным счетом ничего. Их диалог должен был бы быть совсем иным. Вот таким: «Я люблю тебя! Всегда любил. И буду любить вечно!»

Хью опустился на колени перед кроватью и заставил Лидию приподняться, чтобы ему было удобнее обнять ее.

– Лидия, ты самая прекрасная женщина из всех, кого я встречал. Даже если ты переоденешься в мужское платье, – добавил он с искоркой смеха в глазах.

– Ты будешь любить меня? – спросила она, нежно перебирая пальцами его волосы.

– Конечно.

Лидия наклонилась и прижалась ртом к его губам. Его язык мгновенно скользнул между ее губ, а она схватила лацканы его халата и стянула с его плеч, не преминув пробежаться пальцами по твердым мускулам его груди и спины. Его поцелуй в ответ стал еще более страстным. Он сжал ладонями упругую попку Лидии, притягивая ее к себе.

– Я еще никогда ни одного мужчину не желала так, как хочу сейчас тебя, – прошептала Лидия, покрывая короткими нежными поцелуями его щеки.

– И скольких ты, интересно, желала? – с легкой усмешкой спросил Хью.

Лидия замерла на мгновение, осознав вдруг, что ведь Хью-то считал, будто был у нее единственным. Ей следует проявить осторожность и ни в коем случае не дать ему понять, насколько искушенной она стала в любовных играх. Хью ласкал ее кожу в низком вырезе платья, а потом приспустил лиф так, что открылся отделанный кружевом корсет. Сдавленная жесткими чашечками грудь была весьма удобно приподнята для поцелуев. Он приник губами к сладкой ложбинке, согревая своим горячим дыханием уже и без того разгоряченную кожу Лидии.

От желания Лидия сходила с ума. Она томно выгнулась, подставляя свои прелести его губам. А его язык прокрался к кромке корсета, едва прикрывающего ее соски, в надежде насладиться их сочной сладостью.