Хью потрясенно смотрел на друга.

– Господи, какое счастье, что ты приехал! Хоть один человек способен рассуждать логично. Я же позволил эмоциям взять верх и топчусь на одном месте. Как же глупо с моей стороны было пытаться отыскать именно тот вход, через который я попал в пещеру пять лет назад. Мне следовало догадаться, что тот проход будет закрыт сразу же после того, как я его обнаружил. Но что мы сейчас можем сделать? Нам потребуется целая армия, чтобы раскидать все валуны, которыми могут быть завалены проходы в пещеру.

Хью посмотрел на высящиеся стены скал, испещренные множеством углублений и расщелин. Неожиданно они с Тоддом услышали щелчок взводного курка. Оба сразу же повернулись в ту сторону, откуда раздался звук. И увидели лорда Боксли, который целился прямо в Хью.

– Теперь, надеюсь, ты наконец понял, что вовсе не так умен, как тебе казалось? – спросил граф. Точно таким же тоном он мог бы сейчас спросить сына: «Не желаешь ли сигару, Монти?»

– Да. Я признаю это, – покорно, без тени сомнения, ответил Хью. – Где она?

– Нет, так не годится. Этого недостаточно.

– Все, что бы я ни делал, для тебя кажется недостаточно хорошим, отец. Скажи, что ты хочешь от меня услышать и как я должен это сказать.

Лицо графа дрогнуло. Точно по стенке фарфоровой чашки пробежала глубокая трещина. Его обычная маска безразличия исчезла прямо у Хью на глазах. Так долго сдерживаемые эмоции словно вырвались наружу. Глаза Боксли засветились странным светом. В них горела неприкрытая злоба. Это был взгляд безумного человека.

– Ты жалкий, ничтожный тип, который прикрывается своими книжками вместо того, чтобы действовать как настоящий мужчина. – Боксли вскинул руку, в которой держал оружие, и двинулся по направлению к Хью.

– В чем дело, Боксли? – с поразительным в данной ситуации добродушием поинтересовался Тодд.

– Прочь с дороги, Лич! – гаркнул тот, не отводя взгляда от сына. Он подошел к Хью вплотную и приставил дуло револьвера к его виску. – Сегодня ночью все и свершится.

Хью с трудом проглотил вставший в горле комок.

– Ты имеешь в виду ритуал в канун праздника костров?

Граф кивнул:

– Да. Именно так. Я наконец смогу посвятить тебя в братство. Только это, конечно же, будет отнюдь не общество «ботаников». – Он захохотал. – Ты был так глуп, что сначала подозревал в похищении их.

– Да, отец. Я был глуп. А теперь отведи меня к женщинам.

– Тебе недостаёт смирения, сын. Ты пытаешься издеваться надо мной. Похоже, ты так ничего и не понял. Если нарушишь правила, ни ты, ни твоя шлюха не доживете до утра. – Боксли неожиданно попятился, удаляясь от Хью, чтобы тот не смог его схватить. – А теперь ступай. Вернешься сюда, когда стемнеет. Стук барабанов подскажет тебе, куда следует двигаться. Ты увидишь огонь. Подойдешь к нему и там увидишь свою драгоценную потаскушку и девчонку. Но приходи один. Если приведешь кого-нибудь с собой, я убью их обеих.

– Нет! – Хью бросился к отцу. Однако ему пришлось замереть на месте, когда граф направил на него свой револьвер. – Не делай этого, отец. Я должен их увидеть сейчас.

– Нет, Монтгомери. Тебе будет некогда. Ты будешь слишком занят. – Граф перевел револьвер на Тодда. – Тебе придется доставить своего друга в морг.

И он нажал на спусковой крючок. Пуля попала в Тодда, и он рухнул на землю.

– Черт! – выкрикнул Хью и бросился к другу. Тот, сморщившись, с силой вцепился в свое плечо.