Пирпонт с достоинством поклонился.

Да, в лице Пирпонта у Лидии появился преданный союзник. И он ей сейчас крайне необходим, поскольку потребуется уделять Хью много внимания. Чего она никак не ожидала. Сколько еще сюрпризов поджидает ее?

Лидия очень долго жила в мире, где были лишь добро и зло в их чистом виде. До сего дня в ее жизни все было лишь белым или черным. Себя и других она судила лишь с этих позиций. Никаких уступок, никаких полутонов. И вдруг в ее жизни все изменилось. И произошло это настолько быстро, что Лидии трудно было сориентироваться и сообразить, как ей следует действовать в новых, изменившихся обстоятельствах.

Одно она знала точно – им с Хью следует действовать заодно.

Он попытался сфокусировать взгляд на том, что его окружало, и увидел перед собой какие-то смутно вырисовывающиеся фигуры.

– Похоже, он приходит в себя. – Это был голос Пирпонта. – Ну вот, лорд Монтгомери, вы наконец-то проснулись. Хороший завтрак вам сейчас совсем не помешает. Как вам кажется, вы способны сами сесть за стол?

– Который час? – хрипло спросил Хью.

– Два часа ночи, – с готовностью ответил ему Пирпонт. Хью скривился.

– Где я?

– В доме графа Боумонта, – раздался женский голос.

Хью поморгал, чтобы прояснилось зрение, и увидел стоящую подле него Лидию – этакого ангела в лиловом. Желудок Хью внезапно сжался, точно завязался узлом. Должно быть, это от выкуренного им опиума. Как же он подвел ее! Хью почувствовал угрызения совести. Черт побери!

Он собирался вести себя с ней как с Лидией Боумонт, благородной и достойной всяческого уважения графиней. При этом он надеялся, что когда-нибудь ему даже удастся сорвать еще один ее поцелуй, поскольку, как он понял, она по-прежнему была жаркой и чувственной женщиной, которая не в силах противиться его чарам. Но она опередила его, поставив в крайне двусмысленное и шаткое положение, ведь она застала его в самом неприглядном месте и увидела, насколько он уязвим.

– Почему бы тебе не поесть? – нарушила воцарившуюся тишину Лидия. Пирпонт, не выдержав напряжения, тихо выскользнул из комнаты. – На столе стоит поднос с только что приготовленным завтраком.

Хью приподнял голову и увидел дымящиеся тарелки с едой, соблазнительные запахи которой он уже почувствовал.

– Не могу. Не сейчас.

– Тогда, может, кофе? – предложила Лидия. – Да, это было бы хорошо.

Лидия подошла к столу и налила большую чашку кофе из серебряного кофейника. Она добавила ровно столько сахара и сливок, как – она хорошо это помнила – Хью любил.

– Сядь прямо, – потребовала Лидия, не скрывая своего осуждения. – Подложи под спину побольше подушек.

Хью проделал это так медленно и неловко, будто был семидесятилетним стариком.

– Пожалуйста, только ничего не говори, – пробормотал он, борясь с подушками. – Я знаю, о чем ты сейчас думаешь. Зелье, к которому я пристрастился, раньше времени сведет меня в могилу.

– Отдаю должное твоей проницательности, однако не могу взять в толк, почему ты вообще начал курить опиум?

Хью откинулся на подушки с долгим протяжным стоном.

– Я и сам этого не знаю. – Конечно же, это была откровенная ложь, но будет лучше, если он не станет сообщать Лидии подробности того, как такое случилось.